Неужели в этом мире и правда есть настоящие мужчины?
Монеты я спрятала в лиф, служанка улыбнулась. Я обняла её от всей души проговорила:
— Спасибо тебе, Берта. Я не забуду твоей доброты.
— Да что ты, деточка, говоришь такое. Иди уже. Жалко мне тебя. Не могу. Если б была возможность устроиться куда получше, на хорошую зарплату — меня бы тут вообще не было. А ты хозяина сторонись. Ох, что я слышала. Не по-человечески это все.
— Что… слышала?
— Что, попользовать он тебя вздумал. Тебе же даже некому пожаловаться.
Одна совсем сиротинушка ты осталось. Хозяин своему другу такие гнусности с твоим телом описывал, что меня стошнило.
«Вот же сволочь!» — подумала я.
Времени у меня не было совсем, а положение — хуже некуда. Я находилась в откровенно ужасной ситуации.
И что же делать?
Подслушав мои мысли — или просто прочитав их по лицу — Берта вслух озвучила единственное, о чём я действительно думала:
— Бежать тебе, деточка, надо. Бежать.
Глава 8
Согласно покачала головой. Что же… осталось только воплотить побег в жизнь.
Может быть, большое количество гостей отвлечёт бывшего мужа от моей персоны.
А потом услышала писклявый голос Лилии:
— Долго ты там будешь? Давай живее! Гости уже все в сборе!
Пока мы марафетили эту принцессу, гости действительно прибывали в замок — то и дело доносилось конское ржание внизу, шум колёс по гравию.
Жаль, что в этом мире нет машин… Попала я явно в средневековый магический мир. Было бы неплохо выяснить о нём хоть что-то. Найти карту, понять, куда можно бежать.
Может, Берта в этом поможет. Я мысленно поставила себе галочку — надо будет расспросить её. А пока — главное выжить на этом балу.
Мы вышли из моей спальни. Впереди шла Лилия, недовольно косясь на меня. На ней было пышное, голубое бальное платье, вырез — настолько откровенный, что даже мне казался неприличным. Она обмахивалась кружевным веером. Потом начала величественно спускалась по лестнице. Я — следом.
За те часы, что мы возились с её внешностью, холл преобразился.
Слуги украсили его вазонами с белоснежными пионами — аромат тонкий, чуть сладковатый, разливался в воздухе. Я всегда любила пионы. Первое, что посадила у себя на даче.
Мы свернули в широкий коридор, и там перед нами распахнули двери. Мы вошли в огромный зал, полный гостей. С одной стороны стояли длинные столы, с другой — люди сбивались в маленькие группы, переговаривались, шептались.
Всё пестрело яркими, дорогими, пышными нарядами.
