После чего тот самый охотник, с которым шепталась Райша, взял слово и пробасил:
— Это ведь защитные заклятья? — дождавшись моего кивка, мужчина с ноткой почтения задал ещё один вопрос, больше походящий на… проверку: — А на каком языке магии вы говорите, госпожа?
— Мне подвластен язык хищных животных, — не дрогнул, слукавила я.
Хоть мне и не нравилось лгать, но когда дело касалось магии моей семьи, это приходилось делать. Многие поколения до меня поступали только так и никак иначе — что и позволило нам настолько долго скрывать истинное направление нашего дара.
И именно поэтому никто из тех, кто прибегал к покупке сначала идолов, а потом магических камней с даром семьи Аджарди, не знал наверняка об истинной силе вложенных в них слов. Тем более заклинателей животных много, но действительно сильных среди них единицы. Поэтому, к примеру, моего брата, как и остальных мужчин Аджарди до него, считают заклинателем змей, а не магом, говорящем на слабой форме языка чудовищ. Небольшая ложь во благо моего рода.
— Так, — подал голос один из охотников, прерывая мои размышления, — а не проще ли будет с вашей помощью приручить парочку волков, чтобы те охотились для нас?
«Надо же, какой хитрый», — усмехнулась про себя, чтобы вслух снисходительно заметить:
— И породить лентяев? — после чего подошла ближе к мужчинам и твёрдо сказала: — Вам стоит кое-что уяснить.
Я не собираюсь приносить добычу к вашему порогу. Но! Я сделаю всё, чтобы обезопасить, а так же расширить территорию вашей охоты.
— А что взамен? — снова заговорил самый старший охотник.
Немного подумав, в этот раз решила всё же быть максимально честной. Взамен на, так сказать, необходимое лукавство.
— Хотелось бы убедить вас, что мои действия бескорыстны, — со всей искренностью начала, глядя поочерёдно на каждого человека, — но… это не так. Все вы понимаете на правах кого я тут оказалась. Скрывать нечего, всё на поверхности. И мне хочется, чтобы вы знали — это не моё желание. Я тут оказалась не по своей воле, — прозвучало откровение, в которое, явно не спешили верить.
Однако это было не важно. Первые шаги с моей стороны сделаны, дальше очередь тех, кто им внемал. Именно поэтому меня не смутило витающее в воздухе недоверие, и я продолжила: — В моих ближайших планах избавиться от чужого влияния, а для этого в первую очередь нужны средства, а так же… лояльность людей. Я хочу помочь вам с одной целью — чтобы в будущем вы отплатили мне тем же.
Пылкие слова не слишком согрели настороженную публику.
