То, как он говорил с Яной, было непростительно!
Вардан угрожал людям за помощь мне? Он там совсем с катушек слетел?
Или его Милана так настраивает?
Я дышала часто и рвано. Почему он являлся каждый раз в мою жизнь и все вокруг крушил своими заявлениями? Почему не отстанет, раз уж у него новая семья? Пусть катится к ним, а меня оставит в покое!
На глазах выступили непрошеные слезы. Я готова была снова проливать слезы по своему предателю-мужу. Слезы, которым нет конца и края.
Хватит! Я не стану раскисать из-за его единственного звонка! Мне стоило довериться Яне и скорее развестись с Варданом.
Ровно в намеченное время в дверь постучался адвокат, о котором говорила мне Яна.
Он поразил меня внушительным ростом и умением держаться уверенно в костюме-тройке.
Такой всех заткнет в зале суда. И он будет за меня?
Павел Сергеевич смотрел на меня с легким прищуром и задавал только точные и короткие вопросы о нашем браке с Варданом, а также о фактах, которые помогли бы мне победить в суде.
— Он мне признался, что у него есть пятилетний сын от другой женщины.
— Какие доказательства имеются: видео или аудиозапись с его признанием, результаты теста ДНК? — деловито спрашивал он, держа ручку и блокнот наготове.
Я вздрогнула. Ничего подобного у меня было. Откуда?
— Не знаю. Недостаточно будет для суда, что я видела их вместе?
Павел Сергеевич покачал головой и объяснил, что судья рассматривает только вещественные доказательства. Мои домыслы и пустые слова никого не убедят.
Он же также предупредил меня, что в его практике были случаи, когда мужья были готовы даже на подделку доказательств, лишь бы ничего не доставалось жене при разводе.
А Вардан на такое способен? Откуда мне знать? Раньше я была убеждена, что знаю своего мужа, но оказалось, что у него сын от другой.
— Скажите, между вами был заключен брачный договор? — спросил Павел Сергеевич и пометил что-то в своем блокноте.
— Нет, Вардан не настаивал на подобном, — ответила я, вспоминая, что мы никогда не говорили об имущественных вопросах, все заполоняла наша любовь, и мы никогда даже гипотетически не думали о расставании.
Оттого так невыносимо было слышать голые юридические фразы и понимать, что они относятся именно к нашему разводу с Варданом!
Мне хотелось, чтобы он сейчас вошел сюда и сказал, что все это неправда, что я не должна сейчас разговаривать с адвокатом, но ничего такого не произойдет. Мне придется выдержать и разговоры, и суды, и отстаивать интересы своего ребенка.
