Начав содрогаться в рыданиях.
Как же это страшно! Человек, которому я доверяла, оказался чудовищем! Бедная Яна. Бедный Назар. Они не заслуживают такого!
Я обязана поддержать Яну, которой придется непросто, когда она узнает про отцовство Онура. Мне надо успокоиться и взять себя в руки. Поддержать подругу и убедиться, что она в порядке, что она не наделает глупостей, когда узнает тайну своего мужа. Ей будет больно, и я, как никто, знаю, какая именно это боль. Что ее невозможно пережить. Она сидит в душе и грызет ее, причиняя неимоверную боль.
Не давая нормально дышать.
Надо что-то делать, так проще пережить эту ситуацию. А в объятиях бывшего мужа мне нельзя искать утешение. В попытке отстраниться я нажала на его грудь руками, но Вардан почему-то не выпускал меня из своих рук. Он крепко меня удерживал и не давал отвести взгляд.
— Я не дам случиться ничему плохому, слышишь, Леся? Ты только не доверяй больше таким, как Верховцев. Но ты должна сейчас поехать со мной. Я не смогу адекватно действовать, спасая Назара, если не буду знать, где ты.
Охране я уже не доверяю так, как раньше. Они упустили ребенка. Ты должна быть рядом со мной.
— Я поеду с тобой, чтобы поддержать подругу. И только. Не дави на меня, Вардан. Если я что-то и сделаю, то по собственной воле, а не потому, что ты мне что-то приказываешь.
— Черт, Леся, я не приказываю тебе, — вспылил Вардан и вцепился пальцами в волосы, — сейчас надо отодвинуть нас в сторону и заняться более важными проблемами.
— Я и не планирую обсуждать с тобой сейчас ничего о нас, Вардан, — я справилась с собой и говорила ровным голосом, — здесь нечего обсуждать.
Ты не скажешь мне ничего нового. Ничего такого, что переменило бы мое мнение о тебе.
Вардану вряд ли понравились мои слова, но на этот раз он промолчал, и мы поехали к Яне и Онуру, которые ждали нас — и снова в больнице!
Нам указали палату, в которой находился Онур, там же мы обнаружили и его, и Яну. Вардан подошел к брату, который лежал на постели. На вид с ним все было в порядке, разве что бледное лицо и растрепанные волосы говорили о том, что он попал в аварию.
На лбу красовалась ссадина. У Яны был пластырем заклеен лоб. Я бросилась обнимать ее, и какое-то время мы потратили на то, чтобы обсудить детали случившегося.
Наконец Вардан произнес в образовавшейся тишине:
— Яна, ты подтверждаешь, что отец уверял тебя в исправности автомобиля?
Подруга вздрогнула от этого вопроса, удивленно открыв рот.
— Что происходит? Объясни, Вардан.
