Черт возьми, она отказалась увидеться с ним тогда, в сентябре, когда он пришел к ней с надеждой на… все.
— Марисса? — его голос звучал очень дерьмово, и он откашлялся. — Марисса, проснись.
Ее ресницы распахнулись, и она резко встала. Ее глаза, голубые, как море уставились на него.
— Ты сейчас упадешь!
Как раз в этот момент его тело качнулось назад, и он начал падать, но она вскочила на ноги и поймала его. Несмотря на то, что Марисса была очень хрупкой, она приняла вес его тела легко, напомнив ему, что перед ним не человеческая женщина, которая, вероятно, намного сильнее его.
Она помогла ему вернуться в кровать и накрыла его простыней. Тот факт, что он был слаб, как ребенок, и что Мариссе приходилось за ним ухаживать, как за маленьким, крепко ударил по его гордости.
— Почему ты здесь? — спросил он смущенно.
Она старалась не встречаться с ним глазами, и он понимал, что ей тоже неудобно от сложившейся ситуации.
— Вишес сказала мне, что ты ранен.
Ах, Ви замешал ее в это. Этот ублюдок знал, что Бутч был влюблен в нее, как полный идиот, и что ее голос сделает именно то, что и сделал — приведет его в чувство.
Но это было чертовски трудно — служить ему тросом спасательной шлюпки.
Бутч стал переворачиваться и застонал. Еще один болезненный удар по его гордости.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила она.
— Лучше, — сравнительно. Впрочем, по нему мог бы проехать автобус, и это не пошло бы ни в какое сравнение с тем, что с ним сделал лессер.
— Поэтому, тебе не стоит оставаться здесь.
"
"Она убрала руку с простыни и медленно вдохнула, ее грудь качнулась под лифом дорогого платья. Она обняла себя руками, ее тело элегантно изогнулось.
Он отвернулся, стыдясь того, что часть его хотела воспользоваться ее жалостью и удержать ее при себе.
— Марисса, ты можешь уйти прямо сейчас.
— Вообще-то нет.
Он нахмурился и посмотрел на нее.
— Почему нет?
Она побледнела, а потом подняла подбородок.
— Ты под…
Послышалось шипение, и в комнату шагнул инопланетянин — фигура, одетая в желтый костюм и респиратор.
Лицо за литым пластиком было женским, но черты были расплывчаты.
Бутч с ужасом посмотрел на Мариссу.
— Твою мать, почему на тебе нет костюма?
Он понятия не имел, какая инфекция у него была, но, судя по всему, достаточно хреновая, и если врачи натянули на себя защитные костюмы, вероятно, она была даже смертельная.
Марисса сжалась, заставляя его чувствовать себя законченным преступником.
— Я… просто нет.
