— «Пожалуйста, Господи, не позволяй ей увидеть, как я подыхаю».
— Разве для них это не важно? — Когда он покачал головой, она погрустнела. — По тебе должны скорбеть твои кровные родственники.
— Так и будет. Это сделает Братство. — Когда на ее глаза появились слезы, он поцеловал ее. — И не будем больше о скорби. Это не входит в мой план. Забудь об этом.
— Я…
— Шш. Нет, мы не пойдем туда. Мы с тобой останемся здесь.
Он наклонил к ней голову, продолжая пробегать пальцами по ее волосам. Когда ее дыхание стало глубже и ровнее, он подвинулся чуть ближе, прижимая ее к своей обнаженной груди, и закрыл глаза.
Должно быть, он тоже уснул, потому что чуть позже проснулся. В самом лучшем из всех возможных положений.
Он целовал ее горло, а рука его скользила вверх по ее телу, направляясь к груди. Его нога была закинута на ее ногу так, что эрекция упиралась в ее бедро. Выругавшись, он отпрянул, но она последовала за ним, оказавшись, в конце концов, наполовину сверху.
Его глаза распахнулись.
— О…
Он поднял руки к ее лицу и откинул назад ее волосы.
Их глаза встретились.
Оторвав голову от подушки, он нежно поцеловал ее в губы. Один раз. Второй. Потом… еще.
— Что-то… происходит? — прошептала она.
— Да. Думаю, определенно кое-что происходит.
Он втянул ее обратно в поцелуй, проникнув межу ее губами, лаская ее язык своим. Он не останавливался, и их тела начали двигаться вместе, подражая половому акту: его бедра подавались вперед и отступали назад, ее — поглощали, терлись.
Не было никакой спешки, и он делал все медленно, осторожно раздевая ее.
Когда она осталась обнаженной, он откинулся и оглядел ее тело.
О… Боже. Вся эта нежная женская кожа. Ее идеальные груди с напряженными сосками. Ее секреты. Но ее лицо было самым лучшим: никакого страха, лишь сексуальное предвкушение."
"Что означало, что он доведет это до конца. Если бы в ее глазах показалась бы хоть тень беспокойства, он бы просто доставил бы ей удовольствие и на том бы и остановился. Но она хотела того же, что и он. И он был уверен, что на этот раз она не испытает боли.
Бутч встал и скинул свои туфли, Гуччи с глухим звуком шлепнулись на пол. Широко распахнув глаза, она наблюдала за тем, как его руки поднялись к поясу брюк, расстегнули пуговицу, затем ширинку. Боксеры коснулись пола одновременно со штанами, и эрекция скользнула вверх по телу. Он прикрыл себя рукой, прижимая член к животу, не желая пугать ее.
Когда он лег, она перекатилась к нему.
— О, Боже, — выдохнул он при соприкосновении.
