Если ей понадобится медицинская помощь, к кому они ее повезут?
— Давай, детка. Обопрись на меня.
Стараясь не спешить, он провел Мариссу на второй этаж, мимо комнаты Рейджа и Мэри, Фьюри, и еще дальше, пока они не дошли до угловой, в которой она и остановилась.
Марисса положила руку на дверную ручку.
— Прости, Бутч. Я хотела провести этот вечер с тобой. Не думала, что так быстро устану.
— Пожалуйста, позволь мне вызвать врача.
Удивительно, но ее одурманенные глаза смотрели ему в лицо без капли беспокойства.
— Ничего такого, с чем я не справилась бы сама. К тому же, скоро со мной все будет в порядке.
— Ох… сейчас мне хочется позаботиться о тебе именно так, как ты и предсказывала.
Она улыбнулась.
— В этом нет необходимости, помнишь?
— А считается, если я просто хочу себя успокоить?
— Да.
Пока они смотрели друг на друга, в его никчемной голове вспыхнула кричащая правда: он любит эту женщину. Любит до смерти.
И ему хотелось, чтобы она знала.
Он погладил ее щеку большим пальцем и пожалел, что не обладает даром красиво выражаться.
Для начала, ему хотелось сказать что-нибудь умное и нежное, и только потом, подвести к бомбе на букву «Л». Вот только очень уж сдержанным он уродился.
Так что, со свойственным ему отсутствием утонченности, он просто выпалил:
— Я люблю тебя.
Глаза Мариссы стали размером с блюдца.
Ох, черт. Слишком много, слишком скоро…
Она крепко обняла мужчину за шею, уткнувшись головой ему в грудь. Когда он обвил ее руками и уже собрался залить все кругом соплями, из холла послышались голоса.
Открыв дверь, Бутч завел Мариссу в комнату, решив, что немного уединения им не помешает.
Когда он довел ее до постели и помог лечь, его голова наполнилась кучей разного рода нежных словечек, готовых набить комнату романтикой под завязку. Но прежде, чем что-либо сорвалось с его языка, Марисса схватила его за руку и сжала так, что затрещали кости.
— Я тоже люблю тебя, Бутч.
От этих слов, он забыл как дышать.
Полностью нокаутированный, он опустился на колени у кровати и вымученно улыбнулся.
— И почему же ты так думаешь, детка? Я считал тебя умной женщиной.
Она мягко рассмеялась.
— Ты знаешь почему.
— Ты меня пожалела?
— Потому, что ты достойный мужчина.
Он прочистил горло.
— Вовсе нет.
— Как ты можешь такое говорить?
Что ж, дайте-ка подумать. Его выперли из отдела убийств за то, что он сломал нос подозреваемому. Трахал, в основном, шлюх и женщин из самых низов общества. Стрелял в других и убивал.
