Отошедших к нам конников сосредоточивали в балке Резанная, где они приводили свои подразделения в порядок. Какой-никакой, а резерв командира 341-й дивизии. В течение дня стали поступать доклады, что пехота противника накапливается в разных местах и окапывается на расстоянии километра от линии нашей обороны. Ближе не лезут, но и к себе не подпускают, отгоняя любопытных пулемётным и миномётным огнём. И не совсем понятно, где находится неприятель, так как местность довольно пересечённая, а балок, оврагов и прочих логов хватает.
Да и высоток с низинами тоже. А просто разведку, даже на лёгких танках, сейчас не вышлешь, противник позанимал командные высоты и контролирует все подходы к своим позициям. Судя по докладам подтянулись пехотные дивизии неприятеля, которые меняют ударные соединения.
Активные боевые действия противник начал в два часа дня, с бомбёжки Великой Камышевахи, Грушевахи и Красного Лимана. Несколько девяток юнкерсов налетели на нас. Улетели правда не все, но своё чёрное дело они сделали.
В бригадах появились потери как людей, так и боевой техники ещё до начала боя. Зенитчики отбивались как могли, и даже сбили несколько «лаптёжников», но они были не всесильны. А когда в небе появился немецкий корректировщик, досталось и им. Уже от артиллерии противника. Я тоже пожалел, что разместил свой НП на высоте 141,7 и не сменил его вовремя, но повезло. Спасли глубокие окопы и щели, но высоту снаряды основательно перепахали. Так что пришлось менять командно-наблюдательный пункт в ходе боя.
После получасового артиллерийского обстрела в наступление пошли немецкие пехота и танки. На этот раз клин фашистской атаки был направлен на Великую Камышеваху, так что загнать противника в огневой мешок не получалось. Атаковать во фланг, как я планировал, тоже не выходило, до шоссе на Грушеваху нужно было преодолеть шесть километров, по территории, которую контролировал противник. Поэтому такого приказа я отдавать и не стал.
Рельеф местности работал на нас, все подходы к селу с юга были изрезаны глубокими оврагами и логами, но танки в овраги и не полезли, идущая впереди танкового клина рота «четвёрок», остановилась на подступах и пропустила вперёд пехотный батальон.
Рота средних танков на левом фланге как по команде увеличила дистанцию между машинами, развернулась влево (фронтом на запад) и остановилась на месте. Правофланговая рота повернула вправо и также пропустила вперёд пехоту, которая начала обтекать село с востока.
