В какой момент началась их дружба, Ксеня не могла бы ответить: наверное, после того, как пришел новый главврач вместо прежнего – сурового старикана, державшего «свою» больницу в ежовых рукавицах, но при этом уважаемого всеми врачами и сестрами. Новый главный был вальяжен, толст, говорил медленно и лениво, выцеживая слова по одному, словно даря драгоценность слушавшему. В первую же неделю по отделению поползли слухи, будто новый ни с того ни с сего наорал на одного из хирургов и сделал это якобы в присутствии больного, но подтвердить эти слухи никто не мог, и вообще было непонятно, откуда они взялись.
Как бы то ни было, Олег Федотович Ксении при знакомстве очень не понравился, поскольку показался образцовым напыщенным дураком. Она надеялась, что первое впечатление окажется неверным, но с ужасом видела, как буквально на глазах меняется все в больнице, которую она любила, хотя порой и проклинала работу, вытягивавшую из нее все силы.
Про молчаливого красавца Антона Павловича по больнице ходили сплетни – говорили, что он уехал из соседнего Тихогорска от своей большой любви, которая была замужем, а потом развелась, но снова выскочила замуж за какого-то местного чиновника, предпочтя его обаятельному хирургу.
Еще говорили, что потому-то и позволяет себе Соколов пару, а то и тройку раз в год напиваться до белых чертей и не идет на серьезные отношения с женщинами, лишь на короткие интрижки. Одно знали совершенно точно: много лет назад у Антона Павловича трагически погиб близкий друг, и нашлись в больнице врачи, которые были знакомы с Борисом Чудиновым.
Как-никак, Тихогорск и Анненск – городки небольшие, расположены близко, и у кого-то даже сохранилась фотография с праздника, на которой молодые Антон и Юрий стояли в обнимку под мохнатой елью и лица у обоих были пьяные и счастливые.
Ксения сплетнями не интересовалась и хирургу симпатизировала издалека. Но как-то они разговорились после смены, затем пообедали в больничной столовой и постепенно незаметно друг для друга сблизились, удивительно легко найдя общий язык – молодая врач-кардиолог и уже немолодой, изредка выпивавший хирург, не имеющий ни друзей, ни близких.
Во время одной из их бесед Ксеня вдруг увидела перед собой глубоко несчастного человека, заполняющего пустоту работой, хотя Соколов никогда ей не жаловался, да и вообще их беседы не выходили за рамки обсуждения историй пациентов и размышлений из разряда «о жизни».
