В этой воде ей было тяжело двигаться, она давила на нее со всех сторон, не давая вырваться – словно в страшном сне. Голос разума кричал о том, что нужно бежать, бежать, бежать, потому что этот человек с мокрым пятном вместо рта ее убьет. Но воображение рисовало сцену: она пытается спастись, но вязнет в плотном воздухе, и убийца догоняет ее, бьет своим оружием по основанию черепа, и тот лопается с костяным треском, а в воздухе остаются висеть брызги крови. Свое мертвое тело с разбитой головой Ксеня увидела так отчетливо, будто на мгновение оно материализовалось на теплом потрескавшемся асфальте.
И в следующий миг сделала то, чего убийца никак не ожидал: прыгнула на него.
Он успел замахнуться и даже успел ее ударить, и женщина отчаянно вскрикнула – удар пришелся по плечу. Но боль не остановила ее – она как-то нелепо вцепилась в своего убийцу двумя руками, словно собиралась вскарабкаться по нему, как по дереву, изо всех сил колотя ногой и попадая ему по одному и тому же месту – в колено, которое он сильно повредил много лет назад.
Захрипев от боли и злобы и от того, что она рушила весь его план, он стряхнул ее с себя, отшвырнул как щенка, и Ксеня вскрикнула снова, ударившись о стену гаража. Попыталась отползти, но на этот раз у нее не получилось: она смогла лишь приподняться на колени, закусив губу до крови, и из глаз ее брызнули слезы от боли в плече и разбитом локте.
«Один удар, – приказал себе убийца. – Один удар, твою мать!»
– Э, мужик! Ты чего творишь! – раздалось сзади, и, резко обернувшись, убийца увидел вспотевшего толстяка, вразвалку приближающегося к ним.
При виде маски лицо толстяка изменилось.
– Не понял… – начал он.
Человек с битой отступил на два шага назад, помедлил – и бросился бежать, проклиная толстяка, появившегося так не вовремя, а еще больше – бабу, которая не дала себя убить.
Из больницы, где врач осмотрел Ксению, отправил ее на рентген и что-то долго писал в заключении, перепуганный отец отвез дочь в милицию. Она давала показания, стараясь не плакать и баюкая больной локоть.
Хотя врача в больнице куда больше, чем локоть, заинтересовала ее спина – он прощупывал позвонки, мял вокруг поясницы, в конце концов прописал какие-то мази, и Ксеня с трудом вспомнила, что она и в самом деле ударилась спиной о стену гаража. Плечо с огромной, сиренево-красной, на глазах расползавшейся гематомой сильно ныло, и было тяжело двигать рукой.
Сумка с телефоном осталась в машине отца, и Ксеня забыла про нее, когда вернулась домой.
