Корни тут же застыли, а дерево умерло…
Мужчина приземлился, а копьё вернулось в руку, но, обернувшись, он увидел меня, который в руках держал отрубленную голову шамана. А вот нечего отвлекаться.
— Я родилась! — воскликнула одна из замороженных Дриад. Чуть ранее один из корней ударил по льду, освобождая бестолочей.
Копейщик на миг отвлёкся на них, а я уже был рядом и бил кулаком, который покрылся шипами. Однако монгол имел свои хитрости.
Что-то вспыхнуло на шее, и он оказался в двух метрах позади. А затем его копьё вонзилось мне в плечо, пробивая барьер, но застревая в коре.
Попытка схватить оружие не удалась, монгол отскочил назад и выпустил в меня несколько воздушных пуль из этого же копья, а я попятился. Пробить защиту они не смогли, но воин выиграл себе время на подготовку новой атаки и резко бросился вперёд.
Вот только из земли вылезли корни, которые должны были помочь ему споткнуться. А он не споткнулся, а, наступив на один из таких, отскочил назад и метнул в меня копьё…
Я же резко подался назад, пропуская копьё над своей грудью, и, упав на руки, сделал мостик, а затем плавно вернулся в вертикальное положение.
Копейщик же скакал и прыгал, уклоняясь от корней, которые лезли отовсюду. А тут и Дриады вылезли откуда-то и начали стрелять шипами, да и их волосы-листья извивались словно щупальца.
Выхватив кинжал и вытянув руку, в которую должно вернуться копьё, мужчина отсёк половину волос Высокой и собирался пробить лоб Грудастой. Но осознал, что копьё так и не вернулось.
А оно уже было в моих руках…
Хорошее копьё. Очень! Древесина, взращённая на крови хозяина копья. Очень сложно и дорого вырастить такое. И как жаль, что оно сломалось. На три части… Прямо на глазах хозяина.
У того аж глаза покраснели.
— Идиот! Нашёл, когда отвлекаться, — расхохотался я, а на мужчину навалились Дриады, скручивая волосами. Но вдруг их располовинило, и они исчезли, а из тумана выскочил взбешённый хан…
Увидев голову шамана, он ещё сильнее озверел. Но в этот момент на голову мужчине упала огромная ветвь.
И как бы он ни пытался, но отскочить не успел. Дерево прихлопнуло и хана и копейщика, как мух."
"Хан вспыхнул маной, которой разорвал ветвь, а вот его товарищу повезло меньше. Он вывихнул ногу и сейчас вопил. Из-за чего и проглядел корень, который вырвался из земли и сперва обхватил его за руки, прижимая к земле, а затем его буквально утащило под землю. И только хан обернулся, чтобы помочь товарищу, как пришлось отбивать мой кулак.
