Перестаньте ко мне приставать!
— Лерочка, — мужчина казался не впечатленным моим выпадом и встал так, что перегородил мне выход из кабинета. — Давайте поговорим начистоту. Вы мало что из себя представляете в профессиональном плане, и на ваше место в столь успешную компанию найдутся сотни претенденток.
— На что вы намекаете?
— Ни на что, Лера. А еще я в финансовом отделе навел справки — на вас есть обязательства по ипотечному кредиту, и потеря работы может весьма печально сказаться на вашем благополучии.
Не так ли?
— Чего вы хотите, Павел Дмитриевич?
Этот самый Павел Дмитриевич подошел ко мне, обдав приторным запахом своего парфюма.
— Лерочка, вы весьма привлекательная девушка, но совсем этим не пользуетесь. Вы безынициативны, в вас нет желания пробиваться наверх. Сидите постоянно за своим компьютером. Очень зря. Скоро я ухожу на повышение, мог бы порекомендовать вас на свое место — образование у вас хорошее, стаж, опять же, уже достаточный, работу отдела вы знаете.
Мужчина взял меня за руку и стал поглаживать ладонь. Меня чуть не стошнило. Вырвала свою руку и отошла подальше от приставучего начальника.
— Чего вы хотите, Павел Дмитриевич? — повторила я свой вопрос.
— Я хочу, чтобы вы приняли правильное для себя решение, Лерочка. Через две недели я уезжаю в командировку на месяц в Китай и могу взять вас с собой. Подумайте, такой шанс выпадает немногим. Во время поездки я заодно вас подучу, чтобы вы смогли стать достойной начальницей отдела.
Теперь это так называется?
— В общем, Лера, у вас есть время еще подумать. Пока можете идти. Но знайте, я очень не хочу увольнять такую хорошую девушку, но вы должны доказать мне, что готовы проявлять инициативу.
Начальник оглядел меня сальным взглядом и разве что не облизнулся.
Выпорхнула из кабинета, словно отпущенная на свободу птица из клетки. Ужас.
— Лерочка, ты почему такая бледная? Тебе плохо? — встревоженно спросила Анна — секретарь Павла Дмитриевича.
— Да, я… что‑то плохо себя чувствую. Голова болит.
— Таблеточку дать? — участливо поинтересовалась немолодая женщина, в ее глазах я вижу понимание. А еще сочувствие. Похоже, для Анны не секрет, что творится за дверями кабинета ее непосредственного начальника.
— Нет, спасибо.
— Тогда, может, домой поедешь? Ты вроде на западе живешь, за городом? Вот, возьми бумаги, отвезешь в четвертый филиал, это наверняка от тебя недалеко, и можешь быть свободна.
