Мужчина останавливается, ловит мою руку и крепко сжимает мне ладонь. Андрей смотрит мне в глаза, Радов выглядит как никогда серьезно.
— Лера, я хочу извиниться. Искренне извиниться. Я часто не сдержан в словах, да я такой, но это не делает меня злодеем, и тебе бы я никогда ничего плохого не сделал. Ты мне нравишься. Правда. Больше, чем нравишься. Я ни к кому ничего подобного не испытывал.
— Андрей…
— Подожди. Единственное, о чем я прошу. Не торопись. Я уверен, пожив с Виктором ты сама поймешь, что это не тот, кто тебе нужен.
Ты заскучаешь и потухнешь. А я подожду.
Вырвала с трудом свою руку из крепкой хватки Радова.
— Андрей, во — первых, я сильно сомневаюсь, что у нас что‑то получится, если я разойдусь с Виктором. Ты его терпеть не можешь, а знание того, что я ним спала не даст тебе покоя и через сто лет. Ну а во — вторых, будь я свободна, все равно не хотела бы с тобой встречаться.
— Почему это?
— Не знаю. Потому что, — истинно женский ответ. На самом деле знаю. Потому что Андрей не Виктор.
Кто бы мог подумать, что я буду любить кого‑то так сильно, со всеми его достоинствами и недостатками, хотя… у Виктора нет недостатков. Моя прелесть. М — да.
Игорю на глаза Андрей показываться не стал, проводил только до выхода из дома.
— Пока, Лера.
— Пока.
Уезжаю с тяжелым чувством на душе. Андрей не хочет отступать. Скорей бы папа выздоровел и вернулся Виктор.
Вечером во время сеанса связи со своим женихом (как звучит то — жених!), рассказала о том, что папа заболел.
Про то что видела Андрея не сказала — незачем Виктору зря волноваться, все равно приехать раньше не сможет.
Гайне посочувствовал и попросил передавать отцу пожелания скорейшего выздоровления.
На следующий день, предварительно созвонившись с Маргаритой для разведки обстановки, и выяснив, что все спокойно, выехала вновь к отцу. Посижу с папой несколько часов.
Приехала, поговорила немного с Маргаритой, поругалась с Натальей — та хотела, чтобы я выделяла деньги «на содержание отца», пока тот не может работать.
Ответила, что если надо, папа будет обеспечен едой и лекарствами, заодно. Предложила Наталье и ее дочкам устроится на работу, чтобы поддержать главу семьи в тяжелый период, на что мне ответили, что Наталья не обязана обеспечивать мужчину, тем более что формально она ему и не жена (Наталья всегда тянула с официальным оформлением отношений из‑за кредита), а для Тани и Ани, мой отец вообще по сути никто.
Вот такие высокие отношения.
