А если подойти, наверняка весь город как на ладони. Высоко я забралась. Раньше на четвертом этаже работала, а теперь на семьдесят пятом. Вот бы задержаться здесь подольше.
Иду по проходу к столу своего нового начальника и смотрю куда угодно, только не на Виктора Гайне. Волнуюсь невероятно.
Остановилась в паре шагов от дорогого современного стола изогнутой формы. Все, я собралась. Спина выпрямлена, подбородок поднят, взгляд на начальника, а точнее на его нос. В глаза смотреть не рекомендуется деловым этикетом. Мне стесняться нечего, я только недавно проверяла в зеркале — серый костюм сидит хорошо, белая блузка выглажена идеально.
Волосы уложены в аккуратный пучок, волосок к волоску. Неброский макияж и маникюр. Юбка — карандаш по колено. Туфли на удобном невысоком каблучке.
— Здравствуйте, Виктор Эдуардович. Валерия Николаевна. Ваша помощница, — мой голос не дрожит. Удивительно, но сейчас я совершенно спокойна. Перегорела?
Нос, кстати, у моего начальника шикарный. Прямой, тонкий. Как пишут в книгах, аристократический.
Ходят слухи, что среди иностранной родни Гайне затесались в предках аристократы, причем с высокими титулами. Наши кумушки поначалу даже звали Виктора Лордом, но про это прозвище быстро забыли, когда началась история с помощниками.
— Здравствуйте. Я не буду вас пока опрашивать. Позже, если, конечно, успеете справиться со всеми заданиями к двенадцати. Итак, ваши задания на первую половину дня… — незаметно включила маленький диктофон, припрятанный в рукаве, и стою спокойно, с милой дежурной офисной улыбкой.
Одна из особенностей Чудовища. Мужчина дает указания в основном устно, а не на бумаге или через почту. Многие засыпаются на этом этапе. Чудовище говорит быстро, записать все в блокнот не успевают, запомнить трудно, если только памятью уникальной не обладаешь.
Продолжаю тихо стоять, и я, мягко, скажем, шокированна количеством заданий, а Чудовище все говорит и говорит… у меня стали появляться некоторые сомнения, что я справлюсь со всем до двенадцати.
— Вам все понятно? — сухо поинтересовался мой начальник.
По имени не обратился, видимо, не считает нужным запоминать. Плохой знак.
— Да, Виктор Эдуардович.
— Тогда можете быть свободны. Если что‑то еще понадобится, я вас вызову.
Разворачиваюсь и на негнущихся ногах иду на выход. Даже разглядывать вблизи нашего чудовищно красивого Гайне нет желания. Тихо паникую.
Вышла за дверь.
Выдохнула.
Я справлюсь.
Выбегаю из приемной, где меня встречает целая команда девушек.
