— Точняк, — кивнул Кукуша. — Как его земля носила, вообще… Меня ж тогда с немым Авазом подрядили водяру туда отвезти, вот я и услышал кое-что. Ну, и… Короче… Стуканул…
«Стуканул» он выдавил из себя едва слышно.
— Ты не стуканул, дядя Слава, — вздохнул я. — Стучат на своих. А на мразей, с которыми воюют, не стучат, а проводят оперативные мероприятия. Штирлиц что, на Мюллера стучал что ли? Ну, короче, разведданные ты предоставил, а вот начальство не одобрило. Посчитало, оснований нет. Ну, а что делать было? Вот мы и поехали с Никитосом на свой страх и риск.
Дядька то есть и Щеглов.
— Ага…
— Ну, а дальше ты знаешь. Сам видел. Приехали, а там ад. Эти твари… Девчонку эту, даже не знаю, как сказать. Остальных не трогали, товар же, как никак. А эту… Выяснить-то, что случилось не смог дядька мой. Крышу сорвало. Да и у Никитоса тоже. Он же когда-то правильным парнем был, Афган прошёл. Дядька с ним — вот так…
Я зацепил два указательных пальца и показал Кукуше.
— Они друг другу, больше чем себе верили. Не было ничего надёжнее, чем плечо друга.
Это потом он сорвался, с катушек слетел, вкусил запретного плода. Впрочем, тогда он уже отравлен был, сто процентов. Уже гниль расползлась по телу, как проказа. Но даже у него праведный гнев и ярость благородная, как фугас рванули. Они вдвоём этих тварей всех положили. И хозяина притона и Винтера этого и покупателя из Чуйской долины и братков. Настоящее побоище. Как в Афгане, когда вдвоём два дня держались… В общем, они там настоящий Сталинград устроили.
А потом Винтер на брюхе ползал, а Никитос… Дядька и не знал, сколько в его братане злости может быть. Демон пробудился. Причём, знаешь, такой внешне спокойный, типа продуманный, но внутри у него всё бушевало. Там такие глубинные бомбы рвались, просто атас. Он этого Винтера в суповой набор превратил. Медленно, мучительно… Кромсал его, на кусочки разделывал. Тот орал, как свинья, просил убить скорее. Дядька-то смотреть на это не стал. Там бабла куча была и дури херова гора.
— Чё-то припоминаю…
— Вообще страха бандосы не имели.
Что хотели, то творили. Себя наследниками большевиков возомнили, и приняли это наследие, как сумели. Короче, Никитос сказал, что они там хабар не оставят. Возьмут с собой. Стволы тоже. Ты свалил, а он там с Винтером развлекался.
— Да, — подтвердил Кукуша. — Никитос тогда и Аваза мочканул. Тот так-то безобидный был… Ну, я за руль прыгнул и дёру… А нет… я же ещё тех девок увёз. Они взаперти сидели, не видели ничего, слышали только.