— Судьба бывает жестокой и я ничего не могу с этим поделать, — Юита заметалась из стороны в сторону.
— В начале он винил себя и наверное, тогда его сердце очерствело. В нем умерла благодетель. Он просил меня воскресить его истинную, но я не управляю жизнями. Я могла ее спасти только не допустив их встречи, но она случилась. Воскресить из мертвых — нет. Мне мир мертвых не подвластен.
— Адалон не хотел принять правду. Он проклял мою сестру, обвинив в бесполезности, — после слов Юиты у Ашахрины полыхнули волосы и глаза налились огнем, — я с трудом уговорила сестру не злиться.
Мне было жаль Адалона и я искала. Приложила все силы, пока однажды не почувствовала. Новая, яркая душа. Та самая, идеально подходящая дракону истинная. Я нашла ее в твоем мире.
— А что было дальше?
Ответ пришел сам, едва я пробежалась по лицам богинь. От осознания у меня внутри все сжалось.
— Он ее убил…— выдохнула, ощутив тяжеленный груз, опустившийся на мои плечи.
— Не просто убил, уничтожил ее душу черным карательным обрядом, — взревела Юита, — такому подвергали только чернокнижников.
Адалон обвинил дарованную мной истинную в страшнейшем злодеянии. Публично унизил меня как богиню и совершил убийство. Убив истинную, Адалон окончательно обезумел. В нем умерло то, что всегда делало драконов человечнее. Смерть первой истинной подточила его морально, лишив смысла жизни. Смерть второй — превратила в чудовище, не знающее пощады и жаждущее мести.
— Нам с сестрой и моим жрицам этот монстр объявил настоящую войну. Он сдержал свою страшную клятву.
Клялся на своей крови, от рода первых драконов, извести наших почитателей и сделать меня пустым местом для людей с драконами и сделал.
— Но как же? Вы же богини, разве вы не могли остановить его?
— Не могли, — грустно вздохнули сестры, — он нашел древние манускрипты, поднял загнанных нами в недра изнанки демонов и пока мы восстанавливали баланс, Адалон провозгласил себя новым богом, дискредитировал нас и призвал уничтожать наши храмы, а жрицы…
— Подверглись жесточайшим гонениям.
Им нигде не было покоя. Их считали ведьмами, несущими зло. Люди быстро забыли, сколько добра для них сделали мои жрицы. Люди Адалона старательно распространяли жуткие слухи.
— Мы потеряли много сил на борьбу с демонами, но восстановить их уже не получилось. Последние остатки наших верующих боялись молиться нам. Ненависть Адалона меня коснулась немного меньше, чем сестру. Влюбленные и мечтающие о любви, нашедшие свое счастье семьи сохранили один из моих храмов.