– Да что ты его все прячешь-то?! Тебе же можно похвастаться, – возмутилась я.
– Можно… – Клодина тяжело вздохнула. – Только я не хочу браслет Марион показывать, – прошептала она. Я удивленно приподняла брови. Что за новости? Клодина, по-своему поняв мою пантомиму, продолжила: – Вчера, когда тебя не было, сюда опять лорд Арвин приходил.
– Ругался? – ахнула я.
Клодина отрицательно помотала головой.
– Вызвал ее на улицу и… руки просил. Говорил, что не жизнь ему без нее, что любит до безумия, что с ума сошел от ревности и вообще…
– Браслет предлагал?
Клодина отрицательно помотала головой:"
"– Сказал, что плевать ему уже, годится она в невесты или нет.
Что ему на все плевать: и на мнение людей, и на мнение семьи. Лишь бы она была с ним. Даже если всего ничего по времени, даже если она не подходящая невеста и состарится… Все равно…
У меня сердце сжалось. Это же именно то, чего Марион всегда хотела!
– А она?
– Плакала, – тяжело вздохнула Клодина. – И отказалась. Сказала, что не достойна такой чести.
– Тут голос Клодины из трагичного стал ворчливым. – А тогда лорд Арвин сказал, что так любит ее, что готов взять любую, даже обесчещенную, даже после всего… Тут я не поняла, на что он намекал. Но Марион очень разозлилась, отвесила ему пощечину, обзывала разными словами, самые приличные из которых – «козел ревнивый», и прогнала. А потом пришла на кухню и долго плакала. Ее Эмма спрашивает: «Чего же ты плачешь, сама же его прогнала?» А она и отвечает: «Люблю его больше жизни».
– Да что же она тогда замуж-то за него не согласилась?! – возмутилась я, прекрасно понимая, что это решило бы мои проблемы с ведьмами.
– Вот и Эмма ее спросила! А она и отвечает: «Не гожусь я в невесты драконовы. Годилась бы – давно бы во мне сила ведьмовская проснулась, так мне больно от того, что мы не можем быть вместе. А раз я не ведьма, значит, и не невеста ему. Не хочу рядом с ним стариться, не хочу его своим уродством мучить. Лучше накоплю денег и уеду из Черного города куда глаза глядят».
Вот так. Лучше бы ей лорд Керуш браслет примерил первой, хоть знала бы, действительно ли она не невеста или как. А теперь я боюсь, что, если она увидит мой браслет, ей больно будет.
От этой истории у меня даже глаза защипало, но я понятия не имела, как разрешить это противоречие. Будто специально все было против Арвина и Марион. Вздохнув, я помогла Клодине перетащить ее браслет повыше к локтю, чтобы его было не видно из-под рубашки.