Урчал он чуть слышно, видимо, оттого, что большинство гостей предпочитало ему открытые окна. Справа, в углу восточного крыла кондиционер обнаружился тоже. Но он не работал. Точно, там пока ночует одна Глафира Северцева, которая его не включала.
Еще на чердаке стояли старинные сундуки в количестве девяти штук. Все они были довольно объемные, оббитые по углам кованым железом, с тяжелыми крышками, запертыми на амбарные замки. Глеб попробовал подергать несколько – заперто. В сундуках Резанова, видимо, хранила что-то ненужное в повседневной жизни, но проходящее по разряду «жалко выбросить».
Интересно, есть там что-нибудь ценное или нет?
Дурацкая мысль всплыла в голове, и Глеб неожиданно рассердился на себя за полную ее неуместность. Он же не вор-домушник, изучающий, чем поживиться. Нет ему до резановских ценностей никакого дела. Антикварную мебель, стоящую в столовой и в спальнях, он, впрочем, уже успел оценить, хотя особым знатоком себя не считал. Инесса Леонардовна была богата, гораздо богаче, чем он полагал изначально, и с этим стоило считаться.
Его предложение по покупке леса на корню, которое казалось ему крайне выгодным, вполне могло ее не заинтересовать, потому что в деньгах Резанова не нуждалась.
Он прошелся по всему чердаку, стараясь ступать неслышно, чтобы не привлекать внимания спящих этажом ниже. Испугаются еще, чего доброго, прибегут проверять, кто тут топает, выйдет сплошной конфуз и неловкость. Конфузов Ермолаев стремился избегать."
"В западной части чердака еще стояли какие-то старинные предметы крестьянского быта, среди которых Глеб опознал прялку, маслобойку и даже ткацкий станок.
В восточном крыле лежали какие-то панели и доски, видимо оставшиеся от не закончившегося ремонта, а также большой и очень качественный набор инструментов, но в целом здесь было много пространства и воздуха, а вот свалки, характерной для большинства деревенских чердаков, не наблюдалось вовсе. Оно и понятно, дом только после ремонта, причем не до конца завершенного.
Глеб обратил внимание, что на чердак выходят воздуховоды, ведущие из комнат. Система вентиляции здесь была обустроена самым тщательным образом, нужно было отдать дань архитектору. Он поставил в голове галочку – спросить, кто именно делал проект реконструкции. Хороших специалистов своего дела Ермолаев ценил и собирал по всей округе, внося в отдельную записную книжку.
У одного из воздуховодов, которые он внимательно осматривал, что-то лежало.
