Резанова, с которой она была едва знакома, успела понравиться Глафире, и сейчас ей хотелось защитить пожилую женщину от какого-то неведомого зла, которое, казалось, было разлито в ночном воздухе. Или ей это только казалось благодаря богатой писательской фантазии?
Несмотря на необычное для августа тепло днем, ночи стояли уже прохладные, вполне себе августовские. Глафира поежилась, потому что сразу продрогла в легком трикотаже спортивного костюма. Чем ближе она подходила к озеру, тем громче была слышна музыка, хотя неведомый музыкант и играл явно вполсилы.
На причале, освещаемом одиноким фонарем, впрочем, никого не было. Глафира пошла дальше, к стоящей чуть в стороне, но тоже над озером бане, построенной так, чтобы можно было из парилки быстро нырнуть в прохладную воду. Она поежилась, потому что сама баню не любила. С ее низким давлением в бане ей быстро становилось плохо, а уж о том, чтобы распаренной сигануть в холодное озеро, и речи быть не могло. Сегодня баню точно топили, потому что Глафира еще перед ужином видела поднимающийся из печной трубы дым, но кто именно туда ходил, ей было неведомо.
Странно, но окна на первом этаже двухэтажного строения, сделанного, как и все в усадьбе, на совесть, светились, словно, несмотря на поздний час, кто-то продолжал «водные процедуры». Заходить внутрь Глафира не собиралась, еще не хватало смущать людей. Они обычно в бане голые. Вот только звук скрипки слышался оттуда, из бани, и закрытая дверь делала его еле слышным, не давая разноситься в ночном воздухе и стелиться над застывшим озером.
Не может же голый человек играть на скрипке! Так подумала Глафира и рванула дверь."
"Перешагнув порог, она оказалась в маленькой прихожей, в которой висела вешалка для одежды и стояла полка для обуви. Слева находился туалет и вход в собственно баню. Справа – большая комната с длинным столом, лестница из которой вела на второй этаж. Посредине этой комнаты стояла Таисия Ермолаева и, прикрыв глаза, самозабвенно играла на скрипке.
– Это ты, – сказала Глафира, – прости, если отвлекла.
Таисия распахнула глаза, опустила руку со смычком, музыка стихла.
– О, Глафира, проходи. Я и не слышала, как ты зашла. Была уверена, что все уже спят.
– Я собиралась спать, но услышала музыку. Не думала, что увижу здесь тебя, если честно.
– Ты хотела поймать неведомого злоумышленника, который разыграл нас за ужином, – Таисия засмеялась. – Это была не я. Я же напротив тебя сидела.
