"
"Глафира тщательно готовилась к этим встречам, заранее отправляя список появившихся у нее вопросов, но и ее наниматель тоже относился к этому серьезно, припоминая случаи из собственной жизни, не скупясь на эмоции и стараясь придерживаться правды. Глафира была достаточно умной женщиной, чтобы понимать, что правда далеко не вся, но искренность, пусть и дозированную, ценила.
За прошедший квартал ей удалось накопить и систематизировать всю необходимую информацию, и теперь ее предстояло облечь в текст, сплести из слов-бисеринок красивый, легкий, радующий глаз узор, чтобы увлекательная его вязь не отпускала читателя, заставляя двигаться от страницы к странице до тех пор, пока вся книга не будет прочитана.
Эта стадия работы требовала полного погружения, с одной стороны, но делать ее можно было из любой точки земного шара – с другой.
Во-вторых, любимый мужчина Глафиры уезжал в трехмесячную командировку. Точнее, улетал на Урал, где располагался один из заводов компании, в котором он трудился операционным директором.
Запускалась какая-то новая конвейерная линия, и работа по ее наладке требовала личного присутствия на протяжении длительного времени. Как бы то ни было, свидания на три месяца отменялись, а значит, пребывание в родном городе теряло остатки всяческой привлекательности. Зачем ей этот город, если в нем нет единственно важного человека.
В дополнение ко всему Глафира чувствовала просто нечеловеческую усталость.
Каждое утро, открывая глаза, она понимала, что у нее нет сил даже на то, чтобы спустить ноги с кровати. При этом ее ждал день, полный необходимости работать, встречаться с заказчиками, а для этого нужно было наряжаться, приводить в порядок лицо и волосы, улыбаться людям, старательно делая вид, что ей не все равно. И откуда, спрашивается, брать на это силы.
По-хорошему, ей требовался отпуск.
Больше всего на свете Глафира хотела бы, просыпаясь утром, видеть в окне набегающее на берег море, слышать крики чаек и вдыхать соленый влажный воздух, уносящий все печали. Но турецкие отели стоили в этом году столько, что ни одна подруга не могла потянуть такую поездку по финансовым причинам, а брать одноместный сьют было непозволительной роскошью уже для самой Глафиры. Да и не любила она путешествовать в одиночку.
