Рабочие не выходили из вагончика, куда их загнал мрачный Осип. Обитатели дома разошлись по своим комнатам. Кроме того, собирался дождь, первый за последние две недели.
Влага висела в воздухе, грозя в ближайшее время обрушиться на землю. Температура воздуха сразу упала градусов на пять, но Светлана не чувствовала прохлады, обдумывая, как ей заставить убийцу Инессы поделиться украденным. В том, что старуху убили из-за денег, она даже не сомневалась. Не из-за обостренного чувства справедливости же. В ценность справедливости Светлана не верила.
Первый шаг к исполнению задуманного она уже сделала. Мимоходом шепнула человеку, которого подозревала в убийстве, кодовое имя. Шепнула и ушла в беседку, дожидаясь, пока возможный убийца все хорошенечко осмыслит и придет к правильным выводам о необходимости делиться. Конечно, она могла ошибаться, но чем больше Светлана думала, тем больше укреплялась в мысли, что все вычислила правильно.
Только одного человека она видела прошлой ночью возвращающимся с озера. Только одного.
Она не ложилась спать, чтобы посмотреть на звездопад. Остальные то ли не поверили, то ли поленились. Светлана же вышла из дома и уселась в этой же беседке, откуда прекрасно было видно небо и луну со звездами. Благодаря яркой луне она и увидела того, кто явно стремился остаться незамеченным. А вот ее, к счастью, было не видно.
Тень упала на ступеньки крыльца, и Светлана подняла голову.
– Вы?
Человек, стоящий в проеме, усмехнулся.
– Я вижу, вы ждали кого-то другого?
– Признаться, да.
На улице упала стена дождя.
Беседка тут же стала казаться отрезанной от окружающего мира, не видно было ничего, что творится в трех шагах. Мужчина шагнул внутрь, то ли чтобы не промокнуть, то ли потому, что ему что-то было от Светланы нужно. Почему-то именно в этот момент она почувствовала, что продрогла, и зябко передернула плечами.
– Я бы хотела остаться одна.
Мужчина покачал головой.
– Не получится. Вон дождь-то какой. Не оставите же вы меня без крыши над головой в прямом смысле этого слова.
Или оставите? Вам ведь не впервой.
Что-то в его тоне заставило Светлану напрячься. Какое-то смутное воспоминание коснулось сознания, но не успело оформиться ни во что конкретное, из пелены дождя материализовалась фигура, оказавшаяся писательницей Северцевой. Писательнице Светлана обрадовалась, в отличие от своего визави. Лицо того исказила гримаса.
– Промокли? – доброжелательно обратилась Светлана к Глафире. – С озера идете?
– Нет, из флигеля Инессы Леонардовны.
