– Он был настолько богат, что смог позволить себе скрипку Страдивари, да не простую, а «Хаммер», являющийся шестой по дороговизне скрипкой в мире.
– Ты хочешь сказать… – начал Глеб, но дочь не дала ему закончить.
– Да, папочка. Инесса Леонардовна дала мне скрипку стоимостью в три с половиной миллиона долларов для того, чтобы я сегодня вечером сыграла с ней дуэтом.
– А мне ружье еще за миллион, чтобы я заготовил ей мяса. А на Глафиру Северцеву, пишущую книгу, которую я зачем-то обязательно должен прочитать, сбрасывают с крыши чугунный шар, который ради этого специально спиливают ножовкой.
– Да ты что? – поразилась Тайка.
– Ага. Я ее нашел. Ножовку.
– Где?
– На чердаке. Только пока мы не будем об этом никому говорить.
– Папочка, ты ведешь расследование, да? – с блеском в глазах спросила Тайка. – Нет, наверное, это опасно, но зато чертовски интересно. Если что, я буду тебе помогать.
– Тая, не говори глупостей, – с досадой сказал Глеб, – я не веду никакого расследования.
И тебе запрещаю. Мне просто очень нужно понять, что именно здесь происходит.
Глава пятая
ГлафираВсю ночь на субботу Глафира проспала как убитая и, проснувшись утром без десяти восемь, немало подивилась этому обстоятельству. После всей нервотрепки вчерашнего вечера, связанной с неожиданной встречей с женой Валеры, а потом ночного происшествия, в котором она уцелела просто чудом, сон Глафиры был крепок и безмятежен, и проснулась она отдохнувшей, полной сил и в отличном настроении.
Ну надо же, как бывает. Весь прошлый год она маялась бессонницей, и тут на тебе.
Приняв душ и приведя себя в порядок, Глафира поспешила на завтрак. Несмотря на плотный ужин, она проголодалась, и это притом что обычно мало и плохо ела. Все-таки поместье Резановых действовало на ее организм благотворно. На ночь дверь она заперла изнутри на маленький засов-защелку и сейчас, отодвинув его в сторону, дернула за ручку, чтобы выйти в коридор. Дверь не поддалась.
Странно.
Глафира снова подергала защелку туда-сюда и нажала на ручку, однако дверь и не думала сдаваться, поскольку была заперта. Видимо, ночью она просто механически заперла ее не только на засов, но и на ключ. Ключ лежал на антикварном туалетном столике с зеркалом, там же, куда Глафира его вчера положила. Вставив его в замочную скважину, она попыталась его повернуть, но ничего не получалось. Ключу что-то мешало, как будто снаружи был вставлен еще один.
