Мне пришлось долго давать на кнопку звонка, прежде чем она соизволила открыть дверь. Едва удержался, чтобы не присвистнуть ошалело, когда увидел ее. Моль. Бледная тень самой себя. Как будто кто-то лампочку нее вывернул, и она погасла. Исхудавшая, осунувшаяся, неопрятная. А самое страшное — глаза пустые. Не зарёванные, а именно пустые, тусклые. Даже опешил. Она обычно даже будучи в самой жопе так не расклеивалась — проревется, пострадает и дальше с улыбкой, а здесь именно пустота.
Лисовая отпиралась, но я дожал ее, заставил рассказать, что у нее стряслось.
Влюбилась дурочка. В коммерческого директора. Правильно, а что нет-то? Только в ее бабушкиных платьях и покорять топ-менеджеров. Очень сомневаюсь, что за всем этим великолепием он рассмотрел настоящую Варьку и оценил ее тонкую душевную организацию. История банальна, она его любила, боготворила, а он взял и пошел на сторону.
Лисовая ревет, всхлипывая рассказывает о том, как застукала его у подруги в самый интересный момент, о том, как этот Неманов на ее же столе эту подругу имел, когда Варька упилась в хлам.
Слушаю и нестерпимо хочется постучать ей по лбу и спросить «есть кто дома?»."
"Неужели не понимает, что сама накосячила. Он, конечно, мудак, но она сама в очередной раз подставилась по доброте душевной. Помню я эту «подругу». Варька за ней, как дурочка, вечно ходила. Думала, что у них дружба, а Соловьева всегда ее доила то с контрольными, то с рефератами, то с зачетами. Сама полночи прошляется, прогуляет, а Вареник за нее работу выполняет.
Как же так, подружка-то хорошая, ей же помочь надо. Допомогалась! Соловьеву, наверняка, зависть задушила, как это у бледной Варьки и топ-менеджер. Вот и полезла. Ну разве можно звать к себе домой незамужнюю яркую шмару, которая в глаза преданно заглядывает, а сама думает, как бы в штаны к чужому мужику залезть? Да к тому же если сама ни отпора дать не можешь, ни заткнуть за пояс. Конечно, этот хрен не отказался от «горяченького».
Ревность Варьку опустошила.
Нельзя так убиваться по человеку, никогда, ни при каких условиях. Себя ценить надо. Всегда. Что ж над этим тоже придется поработать, причем плотно очень. Чтобы такая ерунда не задевала ее. Чтобы в любой ситуации могла улыбнуться, средний палец показать и дальше идти. Чтобы ни один хрен больше не задел ее за живое.
Пока она о своей беде рассказывала, я думал, что делать дальше. Можно устроить Неманову разбор полетов, а можно воспользоваться ситуацией.
