Станет раскованнее, изменит стиль одежды, начнет с парнями гулять. Но не тут-то было! Ее как запрограммировали. Сначала учеба, потом все остальное. А манера убого одеваться, кажется, отпечаталась у нее на подкорке. То джинсы какие-то бесформенные, то юбка непонятная ниже колен, про кофты вообще молчу. У нее же сверху такое богатство, что все девки универа обзавидовались бы. Но Лисовая умудрялась так одеваться, что все ее достоинства гасли, и она становилась серой, незаметной.
Я даже как-то не выдержал и спросил ее об этом напрямую.
Дескать, ты просто так под моль мимикрируешь или цель какая-то великая есть? Она только рассмеялась. Не поверила. У нее розовые очки такие, что напрочь не замечала простых вещей, считая, что все у нее нормально.
Что-то я переживал за нее. Поэтому в первые же день дал понять особо шустрым, что, если кто Варьку обидит — будет иметь дело со мной. Привычка оберегать ее и присматривать, никуда не делась. Наоборот, въелась намертво под кожу.
К счастью, с группой у нее сложились хорошие отношения.
Слава Богу, из возраста, когда друг над другом потешаются они уже выросли. Да вокруг столько фриков, которые выглядят, как инопланетяне, что чудная скромная Варька в глаза особо и не бросалась. К тому же она всегда была готова придти на помочь и это подкупало."
"Преподавателям Лисовая нравилась. Своей серьезностью, упорством, рассудительностью, неподдельным желанием учиться, что редкость в наше время. Она со всеми нашла общий язык, училась на повышенную стипендию, показывая самые высокие результаты в группе.
Вроде все ровно у нее шло.
Один раз только на первом курсе попала в переплет. Да такой, что чуть из универа не выставили. Подставилась, как всегда, по доброте душевной. Дёрнула ее нелегкая в профик универский пойти. Думала подлечится, массажик поделает, коктейлей кислородных попьет. Ага. Наивная тибетская девушка. В таких местах студенты отрываются и пьют далеко не те коктейли. Там треш, угар и содомия.
Вареник, конечно, вляпалась по самые уши. Не смогла сказать «нет», и позволила, чтобы в них комнате устроили сабантуй.
В итоге вся очередь вломилась к ним, разгромила все, в пьяном угаре переломала мебель. Ее «подруги» по комнате оказались похитрее и свалили, до того, как пожаловала комендантша, и в результате все пиз*юли достались Варе. Уж как ее полоскали, как ругали, даже на ковер к ректору вызывали. Хотели отчислить, чтобы другим неповадно было. Показательную казнь думали устраивать.
Пришлось мне за нее пороги оббивать.
