— Ну так не женат же, — развела та руками, — значит надо за рога и в стойло.
Катя только вздохнула.
— Ничего не знаю, Самойлова, как хочешь, но быть должны все, — заявил ей Чистяков на следующей планерке, — на тебя записан трехместный номер, так что бери свою мелочь и, будь добра, не отрывайся от коллектива, не создавай мне лишнюю головную боль. Будут мне потом мозг мыть о корпоративном командном духе и прочей херне. Я персонально за тобой машину пришлю.
Аверин больше к Кате не подходил, правда, взгляд его она на себе чувствовала постоянно.
А ведь Аня права, ей и самой уже стало казаться, что она видит красную точку оптического прицела, вот только нормальный снайпер целился бы в лоб, а прицел Аверина блуждал по всем видимым зонам Катиного тела. Особенно когда она поворачивалась к нему спиной, так и горело все сзади, будто в нее из пушки целились, а не из винтовки.
Со вторника Аверин пропадал у производственников, а потом и вовсе в командировку укатил, Катя втайне даже расстроилась — это что, Клим не поедет на базу? Желание ехать без него пропало напрочь, она с трудом себя заставила сложить сумку, но утром малыши так радостно суетились и собирались, что ее кольнула совесть — она совсем заработалась, а ведь Клим прав, детям нужен свежий воздух.
Почему она сама не додумалась вывезти детей за город? Жаль, что у нее нет машины, можно было бы снять на лето дачу, вывезти туда маму и Людмилу Григорьевну попробовать укатать…
Внизу ее ждал присланный Чистяковым водитель на вместительной Тойоте.
Он погрузил вещи в багажник, а вот дальше Катю ждал сюрприз — на заднем сиденье были закреплены два одинаковых детских кресла. Ничего себе, Юрий Константинович! Надо же, как переживает за командный дух коллектива! Детвора пищала от восторга, усевшись в кресла, а у нее сжалось сердце — Илья тоже установил в машине похожие, каким прекрасным отцом он мог бы стать мальчикам, и Алла бы намного лучше заботилась о детях, бедные Ванька с Матвеем, что ж им такая бестолковая мать досталась…
Но дорога понемногу отвлекла от мрачных мыслей, а увидев высокие сосны, уходящие ввысь на фоне ярко-голубого неба, Катя вовсе перестала себя грызть.
Все равно ничего не изменишь, надо просто стараться стать для них самой лучшей, коль ей уже предстоит заменить детям не только мать, а и отца."
"Попав на территорию, Катя и думать забыла о своих горестях, так там было красиво.
