Батюшка ваш любил с ним в фараона перекинуться… Да вы и сами помните, наверное, чего это я…
Из всего этого мне удалось понять несколько вещей. Во-первых, Головин наш сосед, а во-вторых, как и Потоцкие, он был вхож в этот дом. Интересненько…
Глава 30
Проснулись мы, как всегда, рано утром и, чтобы не терять времени, сразу же отправились на огород проверять свои посадки. До завтрака еще было как минимум несколько часов, и провести их в постели казалось непозволительной роскошью."
"Дворня уже проснулась: на черном дворе полным ходом шла работа.
Возле хлева громко и протяжно зевали пастухи, и Таня еще раз напомнила им о необходимости нового пастбища. В курятнике появились окошки, новые насесты. А в свинарнике было намного чище, чем в первое наше посещение. Работы было еще много, но уже то, что делалось, внушало надежды на скорое воцарение здесь должного порядка.
- Ах ты ж, зараза окаянная! Что б тебя! Ну, я сейчас тебе задам!
Мы удивленно обернулись в сторону, откуда доносился этот гневный крик. Что-то происходило в одном из покосившихся сараев, которым никто не пользовался.
- Что опять приключилось?! – недовольно проворчала я, направляясь туда. – Ни одного спокойного дня!
К крикам присоединился громкий лай, и началась настоящая какофония, от которой закладывало уши.
Обнаружилось, что в кривой сарай с провалившейся крышей забралась огромная псина с выводком. Она забилась в угол, прикрывая своим телом щенков, и отчаянно лаяла, отпугивая мужиков.
- Что такое?! – рявкнула Таня, уперев руки в бока.
– Почему так шумно?!
Мужики принялись кланяться нам, а потом один из них сказал:
- Не гневайтесь, барышни! Не наша это вина! Забралась эта окаянная сюда ночью! Дыр-то сколько! Сейчас мы ее быстро отсюда вышвырнем! Не извольте переживать!
- Нет, нет… - Таня подняла руку, заставляя их замолчать. – Идите, занимайтесь своими делами.
- Дык как же с псиной-то быть? – удивленно протянул мужик со светлой, похожей на метелку бородой. – Барышни, заразу эту убрать надо… Сейчас мы ей веревку на шею…
- Идите работать, - процедила подруга таким тоном, что они больше не стали выдвигать свои идеи, а быстро покинули сарай.
Собака замолчала, как только мужики вышли на улицу. Но смотрела настороженно, периодически скаля клыки. Маленькие комочки тихо поскуливали за ее боком, но определить, сколько их, было трудно.
- Ты чего? – я посмотрела на задумчивое лицо подруги. – Есть какие-то мысли по поводу нашей «гостьи»?
- Есть… - кивнула подруга. – Себе оставим.
