Девушка неслась за нами с ведром теплой воды, путаясь в длинном сарафане, бретельку которого она так и не отремонтировала.
Таня открыла дверь, пропуская ее вперед, но Глашка на секунду застыла, приоткрыв рот, а потом протянула:
- А чего это с вами? Опять с балконов упали?
- Нет, свинью ловили, - подруга подпихнула ее. – Иди уже.
Девушка хлопнула глазами, недоверчиво улыбаясь.
- Какую свинью? Хавронью, что ли?
- Да! – в один голос рявкнули мы. – Иди, Глашка!
Она помчалась вперед и затарахтела кувшином о край таза.
Мы сняли грязную одежду, умылись, после чего надели чистые платья, не особо отличавшиеся от предыдущих. Глашка поправила нам прически, ловко орудуя щеткой, но волосы все равно оставались непослушными, завиваясь от влаги.
- Ничего, оно так даже повеселее… - девушка отошла на несколько шагов, разглядывая нас. – Спускайтесь вниз, к гостям. Барычи небось заждались!
Нам эти «барычи» были как кость в горле, но не пойти мы тоже не могли. Это выглядело бы, по меньшей мере, странно, да еще и неприлично.
- Постараемся много не разговаривать, - волнуясь, сказала Таня, спускаясь по лестнице. – Но я все равно чувствую, что ляпнем не то! Как пить дать!
- Не переживай, - успокоила я ее. – Нужно брать все в свои руки, вести разговор самим, чтобы у них не было возможности задавать много вопросов. Поняла?"
"- Хорошо, - кивнула подруга. – Ну что, с Богом?
Мы быстро обнялись и вошли в гостиную.
Молодые люди сидели кто на диване, кто в кресле, попивая рябиновку нянюшки. Она стояла в хрустальном графине на круглом столике, а возле нее красовалась идеальная клубника на большом блюде.
При виде нас мужчины поднялись и простояли, пока мы не уселись на софу. Рыжий Петр снова принялся поглядывать на меня своими светло-карими, почти янтарными глазами, а я старательно не замечала этого. А что если между ними с настоящей Лизой что-то было?
Еще и неприятная история со свиньей… Вряд ли барышни могли себя так вести в этом времени. Они скорее упали бы в обморок или дали деру. Но мы с Таней оседлали эту проклятую свинью и наверняка продемонстрировали и нижние сорочки, и молочные телеса, прикрытые одними чулками, и то снизу.
Я мысленно простонала, но решила не забивать себе голову ерундой. Все равно уже ничего не исправишь.
Глава 8
- Матушка беспокоилась о вас и велела передать, чтобы вы скорее выздоравливали, - сказал брюнет, постукивая длинным пальцем по рюмке с настойкой. – Но, как мы успели заметить, вы чувствуете себя довольно хорошо.
