Мои руки даже немного подрагивали, когда я вставила его в замочную скважину. К нашему восторгу дверца поддалась и медленно открылась, демонстрируя нам небольшое углубление в стене, в котором лежали какие-то бумаги.
Таня осторожно вытащила их и пробежала глазами по густым строчкам.
- По-моему это завещание.
- Завещание? – я тоже заглянула в бумаги. – На кого?
- На Сецкого Демьяна Корнеевича, - подруга подняла на меня глаза. – Сецкий… Засецкий…
- Помещики не могли давать своим незаконнорожденным детям свои фамилии, поэтому просто урезали их.
Елизавета Тёмкина, внебрачная дочь Григория Потёмкина, Алексей Елагин дал сыну, рожденному крепостной крестьянкой, фамилию Агин. Иван Бецкой – внебрачный сын генерал-фельдмаршала Ивана Трубецкого, - я сразу вспомнила общеизвестные факты. Два чудесных портрета Елизаветы Темкиной хранились в Третьяковской галерее. - В общем, масса примеров. Но то, что Засецкий дал Демьяну фамилию уже говорит о многом.
- Получается, отец девушек оставил Демьяну какое-то наследство? – удивилась Таня.
– Но разве дети крепостных могли наследовать что-то?
- Павел Михайлович говорил, что они не имеют права наследовать фамилию, земли, родовые поместья, но отцы при желании могли оставить им какие-то средства, - ответила я. – Нужно посмотреть, что написано в этом завещании. И почему его до сих пор не обнародовали?
- Может Засецкий спрятал его и не успел сказать об этом кому бы то ни было, - предположила Таня. – Скорее всего, так и было. Вряд ли Засецкий собирался умирать.
Но больше всего меня мучит вопрос: знает ли об этом завещании Демьян?
Во время прочтения бумаг, нам открылось много нового. Оказывается, барин оставил своему незаконнорожденному сыну кое-какие драгоценности (перечень украшений тоже присутствовал) и золотые монеты, которые были на хранении у… Николая Грыгоровича. А еще он написал письмо Потоцкой с просьбой, чтобы она посодействовала, и Демьяна фиктивно зачислили на службу в Астраханский полк под именем Сецкий Дмитрий Корнеевич. Но, видимо, так и не успел отправить.
- Как интересно… - протянула Таня. – Что-то мне кажется, что все происходящие здесь события связаны между собой.
- Значит, Засецкий все-таки переживал за судьбу сына, - я чувствовала, что правда где-то рядом, стоит только нажать в нужно место, и она выплеснется наружу.
Особенно меня заинтересовало желание барина отправить сына на службу. Пусть даже на фиктивную. Это могло означать одно: отец хотел поднять Демьяна на более высокую ступень.
