— Документы на стол, сам пошел вон. И чтобы все было готово на послезавтра!
Иванов реагирует незамедлительно. Аккуратно кладет передо мной папку и, лихорадочно кивая, словно болванчик, шустро покидает кабинет.
Пролистываю бумаги и, подхватив их, решаю незамедлительно свалить из офиса. Хорошо, когда сам себе руководитель. Приятно ни от кого не зависеть. Я сделаю все, чтобы так и оставалось. Ради личного благополучия по головам пойду, глазом не моргнув.
Для меня родина ограничивается забором моего дома, а дальше — лишь способы достижения целей.
Миллионы возможностей, которые глупо упускать.
Выжатый и уставший, возвращаюсь домой и по привычке устраиваюсь в кабинете. Раскладываю договор на столе: я никогда не оставляю в офисе дискредитирующие меня документы.
Не знаю, что ожидаю увидеть в тексте сделки, поэтому просто гипнотизирую его взглядом. Пока краем глаза не замечаю Катю, возникшую на пороге.
Последнюю неделю мы почти не разговаривали. Она усиленно избегала меня после той ночи, словно стыдилась.
Жалела о случившемся. Не скажу, что ее реакция стала неожиданной для меня. Наоборот, я понимал: так и будет. Но сорвался.
Я все еще не выяснил, зачем Катя здесь и почему меня ненавидит (не так уж сильно, как оказалось). Не узнал, кто такой этот козел Леша. В общем, тайн только прибавилось.
Я, конечно, понимаю, что в каждой женщине должна быть изюминка. Но Катя — чертов кекс, который ни в какую духовку не влезает! Признаться, я устал в ней ковыряться…
Играть надоело. За минувшие дни я смог отвлечься от Кати, научиться воспринимать ее как предмет декора.
С мыслью, что решу, как с ней поступить, после выборов.
По крайней мере, мне так казалось до настоящего момента.
Стоило Кате самой прийти ко мне, как вернулось знакомое тревожное чувство. И неприятно сдавило в области солнечного сплетения.
Во-первых, дикая кошка никогда бы не заявилась просто так. Но точно не для того, чтобы повторить нашу совместную ночь. К сожалению… Во-вторых, судя по ее воинственному виду, я не уверен, что выживу.
При этом могу так и не узнать, где именно накосячил.
— Дим, риелтор звонил, — говорит она холодно. — Твой мобильный вне зоны действия сети был, и он позвонил на домашний.
Катя делает паузу. Смотрит на меня, изогнув бровь. Ее взгляд прямиком в душу проникает. И грызет изнутри.
Кошка намеренно меня мучает. Знает ведь, что я догадался, о чем мог сказать риелтор.
Тяжело выдыхаю и провожу ладонью по лбу, покрытому испариной.
