И ярко-красная губная помада, Ася ее обожала, всегда перед выходом из дома ею пользовалась, говорила: «Без этой помады я как голая».
Сотрудница загса кабинет открыла, я ребенка попытался от незнакомки оторвать. Тот в рев: «Не уйду от мамы». Так втроем в комнату и вошли. Я ее имя узнал – Вера Михайловна Губарева. Оказалось, у нее муж скончался. Вышли мы на улицу. Веня строго так спросил:
– Ты точно моя мама? Вроде она, а вроде и не похожа!
Вера его обняла.
– Понимаешь, заболела я, не заразно. Пришлось лекарства пить, из-за них внешность слегка изменилась.
Жить пока с тобой и с папой я не могу, врач не разрешает, но буду приезжать.
Малыш опять бросился к ней на шею.
– Платье, как у мамы, голос, как у мамы, пахнет, как мама, она моя мама."
"И что тут делать? Через два месяца мы поженились. Веня перестал сомневаться, всем говорил: мама из командировки вернулась. И мы очень хорошо жили вместе, это были безоблачные счастливые годы. А потом…
Кирилл отвернулся к окну.
– Я никогда никому не рассказывал, как умерла Ася.
Но, поверьте, это было страшное время. Больницы, врачи, сначала надежда, потом отчаяние, опять надежда. Недуг стартовал во время ее второй беременности. Родилась Олеся, а жена быстро ушла. Веня, как я уже говорил, страшно переживал. Олеся ничего не понимала, ей на момент смерти мамы было два месяца всего. Девочка на три года младше брата. Потом в моей жизни появилась Вера. Я, наивный, решил, что все страшное позади. Ан нет. Через несколько лет у Вени обнаружилась тотальная аллергия.
Мальчик скудно питается, и мы постоянно живем в ожидании неприятных сюрпризов. Вот вам пример: много лет Веня пил яблочный компот, и проблем не было. А в ноябре мальчик им в очередной раз полакомился и чуть не умер. Хорошо, что дома все лекарства имеются. Вот и гадай теперь, в чем причина? Яблоки плохие? Вода не та? Понимаете?
Я кивнула. Кирилл заметил мое движение головой и налетел на меня:
– Ничего вам не ясно. Мальчика сейчас нет дома. Он устал от уколов, лечения.
Я его понимаю, но лекарства нельзя отменить. Парнишка сбежал, где-то спрятался. Определенно захочет есть, пить, пойти в туалет. Что случится, если неразумный подросток…
Кирилл задохнулся и замолчал.
– Мои слова вас не успокоят, – неожиданно сочувственно произнес Дегтярев, – но если вы ответите на кое-какие вопросы, мы постараемся побыстрее найти Вениамина. Леня! Позвони куда надо.
Патологоанатом кивнул и вышел.
– Вы вообще кто? – устало спросил гость.
