Дочка ещё не родилась, но уже освещает нашу с Рейвом жизнь.
— Она видит вас, — с улыбкой произносит подруга. — И прекрасные дни. Светлые, в них столько счастья. Кара, это очень красиво. Я бы очень хотела показать тебе эти картинки.
— Я думаю, мы их увидим, — уверенно отвечаю я. — В будущем, которое сами построим для наших детей.
Лери замолкает. Мы смотрим друг на друга, и в наших взглядах сквозит единение. Произошедшие события не сломили нас, а сделали только сильнее. И пускай с нами нет Миррали, я уверена: у неё тоже всё хорошо.
Иначе не было бы этих посланий."
"В следующий час к нам присоединяются Рейв и Ноктис. Заглядывает и Валларс. Мы говорим обо всём и ни о чём. Ноктис рассказывает о новостях из дворца. Валентину сослали в дальнее поместье Миллатов, где она потихоньку сходит с ума. Удивительный выверт судьбы. Леди Миллат так стремилась к тотальной власти, а в итоге не может контролировать даже собственное сознание. Казнить её не позволило происхождение, да и лорд Миллат — один из преданных генералов его величества.
Андреас продолжает делать карьеру в армии, поднимаясь из низших чинов. И, как отмечает Феллард, делает это на удивление честно, не пользуясь связями. Видимо, перспектива вернуться в выделенное для них с Пелагеей поместье настолько пугает младшего Миллата, что дракон предпочитает истово служить. Впрочем, мне никого из перечисленных не жалко. Каждый получил, что заслужил.
Мы с Рейвом успеваем поделиться новостями из академии. Бабуля вместе с магистром Брюгвером вовсю работает над новым учебником «Триединая история: от легенд до генеза народов мира», в котором используют и наши с Рейвом наработки.
Помимо этого, бабушка наводит шорох в Илларии и добавляет седины в шевелюру лорда Фрёиста. Последний грозился подать в отставку, но ему скоро становиться отцом и единственным кормильцем семьи. Поэтому император не принимает его увольнение.
Ларика успешно поступила в академию «Ворви-Уш» и укатила вместе с Гором и Клео.
Честно говоря, все — от преподавателей Илларии и «Пацифаль» до моей семьи — вздохнули с облегчением. Уж оборотни найдут, чем накормить пытливый ум моей сестрички.
Единственным, кто вызывает у нас опасения, остаётся Армониан.
— Он так и не смирился с судьбой Мирры? — спрашивает Ноктис у Рейва. Мой муж единственный, с кем Армониан поддерживает связь.
— Нет. Всё ещё пытается найти способы скрытно прорваться сквозь завесу, — с грустью отвечает Рейв.
