И сейчас, когда до самолета остается каких-то двадцать часов, я вся в предвкушении. Подумаешь, лететь одиннадцать часов для человека, который ходит – это не проблема. Зато лазурные берега, песочек, куча разнообразной еды и полный оазис только вдвоем. Жизнь определенно хороша.
- Сонь?
- Я сказала – нет. Ну не хочу я никуда поступать. Почему я должна где-то просиживать штаны, чтобы получить ненужную корочку?! - резче, чем стоило бы, произношу я.
- Все, все, успокойся. Я даже вопрос не успел задать.
- Я по твоему лицу вижу, что ты хочешь сказать. И по интонации в голосе. Как сказала твоя бабушка – я хранительница семейного очага. И не лезьте ко мне со своим сранообразованием.
- Не буду лезть. Захочешь – поступишь.
- Вот правильно кто-то сказал. Уступки – основа брака.
- И не говори, - улыбаясь, произносит Бестужев, расстегивая пуговицы на рубашке.
- Слушай, а плюхнись на кровать, как мы недавно видели в кино. Как Челентано.
- Прям бегу и падаю.
- Не надо бежать. Просто прыгни."
"- Нет, - категорично произносит Глеб.
- Ну не хочешь и не надо.
- Вот, уступки – основа брака, - оба синхронно переводим взгляд на вибрирующий мобильник Бестужева.
- Не бери.
- С чего это? - тянется к мобильнику на прикроватной тумбе. - Да.
С чего, блин. С того! Жопа какая-нибудь прилетит и плакала наша Доминикана. А судя по лицу Глеба – реально плакала.
- Что-то случилось? - как можно спокойнее произношу я, смотря за тем, как Бестужев застегивает рубашку.
- Что-то да. Анжела у ментов.
- В тюрьме?!
- В отделении пока. Я сам толком ничего не понял. Надо ехать.
- Ну да, надо, - киваю как болванчик, наблюдая за тем, как Глеб направляется к двери. - Стой. Телефон.
- Точно.
- Может такси?
- Соня…
- Ладно, ладно. Ты не пил.
Перевожу взгляд на чемоданы и мысленно их распаковываю. К гадалке не ходи – не полетим.
***
Будят меня настойчивые прикосновения Глеба. Это точно не сон, потому что я четко чувствую его щетину и запах.
- А ну просыпайся. Самая настоящая Соня, - открываю глаза в ответ на его слова. - Полдвенадцатого. Ты чего уже дрыхнешь?
- Я случайного заснула. Сейчас только полдвенадцатого?! И ты уже дома. Ну и что там с Анжелой?! - вдруг доходит до меня.
- Не хочу об этом говорить. Пусть эта тайна умрет вместе с ней.
- Ее что посадили?! Подставили?
- Успокойся, она уже, к счастью, дома. Почти цела и невредима, - усмехаясь, произносит Глеб, вставая с кровати.
