Ухватившись за редкий сорт рыбы, я принялась вещать глупости про схожесть крыльев и плавников. Никос кивал и смотрел на меня чуть ли не с умилением.
– Как и фениксы, рыбы парят в воде. Очень интересная метафора, Кассия, – похвалил он, и тут я несколько впала в уныние.
Похоже, придётся менять тактику. Если моя «глупость» его не напугала, попробую играть охотницу за богатыми мужчинами. В ресторане я просканировала всех взглядом, выдала несколько некрасивых оценок местным женщинам, после чего заказала самые дорогие блюда.
Вела себя настолько ужасно, что самой было противно, а Никос будто ничего не замечал, проводил меня до нашей кабинки, проконсультировал по блюдам.
Само собой, я выбрала самое дорогое, а потом грустно ковыряла чёрную субстанцию, оказавшуюся икрой, и давилась белёсой склизкой массой. Последняя была мозговым соком какого-то древнего горного буйвола. На этом организм меня подвёл. Так что, извинившись, я убежала в уборную, где благополучно опустошила желудок.
– Лучше бы заказала самый дешёвый мясной суп… – провыла под нос, охлаждая лоб и щёки холодной водой у раковины. – Так, Кассия, не сдавайся, – подбодрила себя, улыбнувшись своему отражению в зеркале, поправила макияж и рванула на второй тур отваживания жениха.
Никос на поверку оказался таким же непробиваемым, как Дорос. Молча платил, улыбался, хвалил меня за глупость и предлагал сотворить ещё большие глупости. В итоге самый дорогой ресторан города я покидала с пустым желудком и с шумом в голове, потому что ещё решила показать, насколько не умерена в выпивке.
Здесь я тоже проштрафилась. Мне хватило половины бокала невероятно кислого на вкус вина. Пить больше не смогла, да и в голову ударило сразу же. В конце концов, в последний раз мы с Айлин пробовали алкоголь полгода назад в честь завершения третьего курса. Нам обеим как-то не понравилось, потому не стоило повторять. Особенно после мозга буйвола на ужин!
– Кста-а-а-ти, почему ты без подарка? – тоскливо полюбопытствовала я, когда мы загрузились в карету.
– Потому что боялся не угадать твоих предпочтений, – Никос заправил прядь моих волос за ухо, скользнул ладонью по шее и совершенно неожиданно провёл большим пальцем по моим губам. – Мы можем выбрать тебе подарок. Всё зависит от того, насколько ты будешь благодарна.
Вроде бы должно передёргивать его, а внутренняя яростная трясучка досталась мне. Наверное, потому что меня никогда не домогались.
