– Ты правда радуешься наказанию? – я присмотрелась к её возбуждённому лицу.
– Я не настолько идиотка, – фыркнула она. – Мне тоже страшно. Но я сама виновата.
– А я не виновата…
– Ты оскорбила легата, – она бросила в мою сторону злой взгляд.
Понятно, по этому поводу она ещё не остыла и вряд ли примет мою позицию о личном мнении. Если и не любить легатов, то только не вслух. За их оскорбление можно серьёзно получить.
Что радовало, наказывать нас собирались не прилюдно. Всё должно было случиться в комнате наказаний.
Да, в академии была такая. Она соседствовала с карцером и находилась в подвале крытого полигона. Каменная прохлада, голые серые стены, решётки на камерах. В одной из них даже сидел скучающий новобранец, но на наше с Делией появление никак не среагировал.
А сама комната наказаний оказалась квадратным помещением почти без мебели. Лишь в углу стоял стол, видимо, для вещей. Предметы экзекуции, несколько кнутов, висели прямо на стенах. Имелись даже кандалы. Судя по всему, для несогласных. И хоть помещение оказалось чистым, мне везде чудились следы крови.
– Уже здесь? – Дорос вошёл в комнату, словно к себе домой, уверенный, спокойный, почти скучающий.
За ним следовал эвокат Вазилис. Мужчина одобрительно кивнул и указал нам на стол.
– Вещи оставьте здесь. Можете переодеться, если взяли другую одежду. Потом к стене, к легату спиной.
– Есть, – Делия выпрямилась по струнке, отсалютовала мужчинам и принялась выполнять приказ.
Я чуть замешкалась, но повторила за ней и спешно отвернулась от Дороса.
Он как раз задумчиво рассматривал висящие на стене кнуты. Когда он снял один из них, по телу прошлась ледяная дрожь.
Пальцы не слушались, словно заледенели. Никогда не думала, что попаду в такую ситуацию. Наказания с моим характером случались часто, и в карцере приходилось сидеть, меня даже чуть не отчислили за драку, но такое происходило впервые. Только вполне возможно, не в последний раз, если тут в ходу бить провинившихся.
Делия справилась быстрее меня. Сбросила сумку с курткой на стол, заклинанием расстегнула мундир на спине, следом и лиф.
Одежда опустилась к верхней кромке груди, но нагота её явно не смущала, да и мужчины не обращали на это никакого внимания. Даже не взглянули на неё, когда она прошла к стене и положила на каменную кладку руки.
Ругаясь на себя за страх перед наказанием, я постаралась ускориться, тоже сбросила куртку с сумкой на стол, следом и форменный мундир Кириуса. Пальцы вновь задрожали, когда коснулись пуговиц рубашки.
