Я сумел перенаправить силы на исцеление, но дальше ждала новая опасность. Мы все находились в ловушке контура разрушения. Мне удалось отыскать источник его питания. Помню, как проломился через пол, направил удар сырой силой, а дальше… дальше меня должно было снова убить, на этот раз взрывной волной, но кто-то пришёл мне на выручку, использовал водный барьер. Неужели Айлин? Видимо, потому я жив, лежу здесь и по-прежнему пытаюсь понять, чего от меня хочет целитель.
– Вам нельзя применять заклинания. Я должен снова ввести вас в сон.
– Так я уже проснулся, – прорычал раздражённо. – Где Кассия?
Вспомнилось, что, когда очнулся, меня окружал барьер. Айлин тоже. А вот Касси оставалась беззащитной. Неужели она…
– Где Кассия?! – я притянул целителя за локоть. – Только не говори, что погибла, – прошипел в его лицо.
– Она… жива… – выдавил он из себя.
Наверное, привык к благодарностям от пациентов, а не к угрозам.
– Жива. Хорошо, – я отпустил его, ощущая прилив облегчения. – Но где она? Тоже ранена?
– Лишь ушибы.
Её должны были вызвать для дачи показаний, – ответил он, видимо, на всякий случай отходя от моей кровати.
– Каких ещё показаний? – я снова рычал, но мог оправдать себя плохими новостями после пробуждения.
– Идут разбирательства. Кассию обвиняют в попытке вашего убийства, – проговорил мужчина с опаской.
– Что?! – рявкнул я, принявшись подбираться к краю кровати."
"На мне были лишь пижамные штаны. Хорошо хоть рубашка находилась рядом. Схватив её, я двинулся прочь из комнаты. Голова кружилась, на тело наваливалась слабость.
Мелькнула мысль, что не выйдет покинуть и покои. Но я сумел, и даже добрался до зала заседаний. А здесь застал неприятную сцену. Кассию допрашивали король и легаты полным составом. Разве что забыли позвать меня. Радовало лишь то, что девушка была свободна и находилась не под стражей, ей только заблокировали резерв. Значит, Тирос относился скептически к обвинению.
– Если вы позволите мне смыть мои ошибки кровью, я бы хотела остаться в Альвиане, – попросила Кассия.
Злость взорвалась в груди испепеляющим пожаром. Даже слабость отступила.
– Я против! – пророкотал, твёрдым шагом входя в помещение.
Взгляды всех присутствующих обратились ко мне. Ошеломлённые, встревоженные, и испуганный Кассии.
– Я против выдвинутых обвинений, – повторил. – И требую завершить заседание. Я сам дам показания.
Вот только состояние не соответствовало решимости. Меня повело в сторону. А через мгновение рядом оказалась Кассия.
