Льняной свободный бежевый костюм, украшенный вышивкой на груди и манжетах. Довольно облегающий, совсем не в моём вкусе, но хоть не платье. Только в свете похищения я не знала, когда получится облачиться в собственную одежду. Как бы после этого меня не заперли во дворце или не отправили в далёкое тайное поместье на краю мира.
Вот только события дня настолько вымотали, что и переживать не выходило. Плотный ужин совсем разморил, и я заснула, стоило прилечь на кровать. Но сон не принёс облегчения, меня мучили разрозненные образы событий последних дней.
– Какая же ты копуша, – повторял Дорос, обнимая меня.
– Дура, какая же я дура! И ты тоже, – заявляла Октавия.
– Мужчинам нельзя верить, – рычала Айлин. – Никому нельзя верить.
– Ты убьёшь его, – обвинял Никос.
– Цена будет высока, – раз за разом напоминал король Тирос.
Прикосновение к лицу позволило вынырнуть из тревожного сна. Я приподнялась на кровати, в первое мгновение не поняв, где нахожусь. Но быстро прийти в себя не удалось, меня одолело смятение, потому что рядом обнаружился Никос.
Он полулежал на кровати, задумчиво меня рассматривая. Как обычно для дворца, в золотом доспехе. Волосы были собраны в тугую косу, отчего черты лица мужчины казались острее.
– Ты что тут делаешь? – я села, подтянула одеяло до подбородка, хотя была в довольно закрытом костюме.
Но его присутствие в спальне насторожило, особенно после озвученных угроз.
– Мы же уже проводили ночь вместе, Кассия, чем ты смущена? – он сел, но отодвигаться не стал.
Подчиняясь его воле, нас окружила сфера безмолвия.
"
"– Это другое… мы…
– Разве? Ты отвечала на мои ухаживания, позволяла себя целовать, согласилась на совместную ночёвку в горах.
– Для Кириуса это…
– Но ты в Альвиане, – перебил он меня. – А для нашей страны твои действия весьма прозрачны.
– К чему ты ведёшь? Говори прямо, – отпустив бессмысленное одеяло, я пододвинулась к краю кровати и встала.
В теле поселилась слабость, кожа ощущалась липкой от пота. В такой момент хотелось бы побыть одной, а не выяснять отношения.
– Ты должна принять моё предложение, – Никос указал на прикроватную тумбу.
Я обернулась и увидела лежащую на ней белую бархатную коробку. Немного подумав, приблизилась и открыла её. Внутри ожидало ожерелье с крупными изумрудами.
– Прямо должна? Почему сразу не обязана?
– Выбор для тебя очевиден, Кассия, – он поднялся с кровати и приблизился ко мне со спины.
Его руки легли на мои плечи, чуть сжали и развернули меня к нему лицом.
