Оттуда, из-за двери, доносился его размеренный голос. И что-то такое сильное, такое новое послышалось ей вдруг в этой размеренности, в этой знакомой ровной простоте, что она замерла. Но потом все-таки приоткрыла дверь и заглянула в щелку.
– Каждая из этих стадий развития сопровождается кризисом, который рассматривается как поворотный момент в жизни, возникающий вследствие достижения определенного уровня психологической зрелости, – говорил Андрей, глядя на студентов, которые сидели в первом ряду."
"Он однажды сказал Ольге, что всегда обращается именно к ним, потому что ему легче сосредоточиться, когда он встречает внимательные взгляды.
Ольга слушала его, смотрела на него. В его голосе, во всем его облике не появилось ничего нового, он был знаком ей до последней черточки. Но, вглядываясь в эти знакомые черты, она чувствовала такой восторг, как будто у нее на глазах совершалось сейчас что-то необыкновенное, захватывающее. Он поднимался у нее в груди высокой волной, этот восторг, стремительно летел вверх, к горлу, и горло перехватывало от самого настоящего счастья.
– Для здоровой личности, – продолжал Андрей, – характерен выход за пределы собственных нужд, ощущение своей ответственности за этот мир, своей способности и обязанности заботиться о других.
Ольга почувствовала, что сейчас заплачет. Все ненужное, чужое сползало, спадало; ей казалось, она слышит шум, треск, гул, с которым обваливаются с нее какие-то тяжелые наросты. И из-под этой корки, из этой скорлупы она вылупливается как птенец – живая, полная сил и счастья.
Прозвенел звонок. Ольга широко распахнула дверь аудитории.
– Спасибо, до встречи через неделю, – сказал студентам Андрей. И сразу же увидел ее. – Оля? Ты здесь?
В его голосе звучало недоумение, а на лице проступали удивление, испуг и сразу вслед за ними, сметая их, – сильное и радостное, конечно, радостное изумление.
– Оля! – воскликнул он. И спросил со смешной опаской: – Ты здорова?
– Да, – ответила она, глядя в его лицо, четко прорисованное солнечным светом, заливающим аудиторию.
– Я здесь. И совершенно здорова.
Только теперь она наконец поняла это не умом даже, а всем своим существом: она здорова, дух ее здоров, и ничто не может помешать ей быть счастливой.
И вот сегодня она шла к мужу на работу, как и тогда, и ей казалось, что тот солнечный день все длится и длится. Сегодняшний апрельский день был похож на тот, февральский, не столько солнцем, сколько счастьем.
Ольга немного опоздала.
