Даррен усадил меня в удобное тёмное кресло у камина и распахнул дверь.
— Вот ещё! Буду я есть из миски на полу! Нашли тут кота! Я что, животное какое-то? — ворчал Соломон, трясь телом о мои ноги, пока служанка сервировала небольшой столик.
Даррен стоял рядом и ждал, когда нас оставят наедине.
Я слушала ворчание кота, ведь его оскорбили до глубины кошачьей души.
Затем женщина удалилась тихо прикрыв за собой дверь."
"— Стой! — воскликнула я, когда Даррен потянулся к еде.
— Что такое?
— А вдруг тут яд?
— Хм. Никто не рискнет отравить меня.
— А меня?
— Ты хочешь, чтобы я проверил пищу?
— Ага.
— Но на ком?
Наши взгляды встретились на Соломоне.
— Э-э-э, нет, ребятки. Я хочу жить, плодить мохнатиков. Я и мира-то не видел. Мне ещё жить и жить.
— Иди-ка ко мне, радость моя, — зловеще прошептала я.
— А-а-а-а-! — воскликнул Соломон.
Глава 24
— Ты же хотел со стола есть? — я взяла брыкающегося Соломона на руки. — Нюхай.
— А?
— Да, понюхай. Может, ты учуешь что-то подозрительное?
— А!
Через десять минут и несколько смешков генерала, кот вынес своё заключение.
— Не волнуйся, Ринка. Всё в порядке.
— Ну, отлично.
— Ну что он промяукал? — спросил генерал, но кажется итак знал ответ. Он вальяжно сидел в кресле, откинувшись на спинку и наблюдал за нами.
— Все отлично.
Затем я отложила для Соломона порцию еды, на которую он не просто мохнатым пальцем указывал, а целой лапой. После чего Даррен магией пододвинул мягкий синий пуф, и кот, как человек, усевшись на него, принялся есть.
Воздух был насыщен ароматами восхитительного ужина.
Я оглядела свою тарелку: на ней красовалась аппетитная золотистая куриная грудка, украшенная свежими травами. Рядом были печеные овощи. Все было не только красиво, но и божественно вкусно.
Даррен наблюдал за мной, его глаза сверкали удовольствием. И что-то подсказывало мне, что не еда причиной этому.
В его тарелке было самый настоящий стейк с кровью и печеные овощи. Мы с удовольствием приступили к еде, наслаждаясь каждым кусочком.
Неожиданно вся напряжённость дня как будто испарилась, и я чувствовала себя расслабленно, сидя здесь, рядом с ним, наслаждаясь тишиной и спокойствием нашего вечера.
Даже Соломон молча грыз курицу и только мурчал от удовольствия, не забывая вылизывать морду языком.
— Не хочешь пройтись со мной по парку? Закат уже начинается, и вид там просто волшебный, — мягко предложил Даррен и отложил приборы. Через открытое окно к нам врывался тёплый вечерний воздух, наполненный ароматом разноцветья.
