Розен снял меня со ступеньки, а Бесподобный высунулся из кареты и его ноздри затрепетали.
— О! Розы! Любимые цветы богини! — заметил Бесподобный Барнс. — Вот оно то место! Это знак!
— Располагайтесь. Вы приглашены, — заметил Розен, а Бесподобный вытащил сумку и вылез из кареты.
Розен было протянул руку, чтобы помочь старичку, но тот гордо отказался.
— Ну я еще не настолько немощен! Пойдемте, дорогой брат Бенедиктус! — заметил Бесподобный, разглядывая чудесный вечерний сад. — Напоминаю вам правила хорошего тона! Надеюсь, вы их помните?
— Мяу! — послышалось из котомки.
— Хорошо! Я помню правила. Не драть мебель, не орать дурным голосом, не метить территорию, — заметил со вздохом Бесподобный Барнс. — Что! Вы считаете, что я буду драть мебель?
— Мяу! — снова донеслось из сумки.
— Вы слишком плохого мнения обо мне! — обиделся Бесподобный Барнс на кота. — Тогда, когда я драл мебель, в этом была необходимость! Вы же сами помните, как не хотел этой свадьбы по королевскому приказу! Поэтому разозлился! И орал дурным голосом.
А по поводу меток территории! Поместье было огромным, а я боялся заблудиться, поэтому оставлял зарубки!
Я посмотрела на эту парочку, которая направлялась в сад. Розен открыл ключом маленькую дверцу и завел меня внутрь, тут же шагая вслед за мной.
Мы поднялись по лестнице в комнату, где уже суетились какие-то девушки под руководством солидной дамы. Мое платье висело, как новенькое…
— Вот, привел. Сегодня на балу она должна затмить всех, — произнес Розен, вручая меня в руки девушек.
— Посмотрите! Мы полностью восстановили его! — заметила солидная дама. — Даже тонкое кружево!
Я радостно смотрела на сверкающее платье, но долго полюбоваться им мне не дали. Меня уже вели в ванну, помогая снять припавшее пылью дорожное платье. Мятое платье упало на пол, но его уже подобрали и унесли.
Вокруг меня царила немыслимая суета. Меня мыли, терли, душили, натирали… Одна из девушек расчесывала волосы, вторая подпиливала ногти, покрывая их волшебным лаком.
Потом меня отправили на примерку.
Я стояла на пуфике, пока платье ушивали по моему размеру под чутким руководством солидной дамы, которая обходила меня со всех сторон и раздавала ценные указания.
Прическа заняла еще полчаса. Я не видела себя, но мне оставалось лишь догадываться, что пытаются соорудить у меня на голове.
В комнате пахло духами, а я с блаженством облокотилась на спинку кресла. Если честно, то мне было все равно. Я уже была замужем, а впереди были только формальности.
