— А я — не горничная, — усмехнулась я. — Я невеста герцога Розельрада. Старшего брата твоего мужа. Так что веер поднимешь сама. И в этом доме я — хозяйка.
Леди Кэтрин побледнела. Она не поверила ни единому моему слову.
— Так ты еще и врушка? — спросила она. — Знаешь, если бы речь шла о ком — нибудь другом, быть может, я бы поверила! Но не о Розельраде. Сомневаюсь, что он женился бы на такой как ты! Где твое состояние? Где приданое? Тоже мне, завидная невеста! Хотя, постой…
Голос леди Кэтрин стал тише. А на ее губах появилась улыбка.
— Недолго тебе быть хозяйкой этого дома, если то, что ты сказала — правда. Твой … жених увлекается темной магией. Так что не удивлюсь, если однажды ты бесследно пропадешь! Ну да, собственно. Ты идеальная невеста, ведь искать тебя никто не будет!
Я понимала, что она ужасно ревнует. Я бы на ее месте тоже бы ревновала.
— К тому же, ты пока еще невеста, но не жена! — заметила леди Кэтрин. Кажется, она сомневается. — А я уже — законная супруга. Ваша помолвка в любой момент может не состояться.
Так что…
Она не договорила, продолжая улыбаться. Сколько ненависти я видела в ее глазах.
— И по какой же причине может не состояться наша помолвка? — послышался за моей спиной голос. Я услышала шаги, видя, как братья вышли в холл.
Леди Кэтрин обожгла меня взглядом, подходя к своему мужу. Она ничего не стала отвечать.
Она что-то шепнула ему, а потом проследовала дальше по коридору.
— Я тебе всегда говорил, братец, — послышался язвительный голос моего будущего мужа.
— Карты до добра не доведут. Как ты умудрился проиграть ее отцу?
— А как ты умудрился, — вернул шпильку Аскель, глядя на брата. — Отказаться выплатить за меня долг, зная, что я помолвлен с другой женщиной?
— Пора взрослеть, — усмехнулся Розельрад, глядя на меня. — И учиться отвечать за свои слова. — Ты мог бы отказаться от леди Кэтрин. Но тогда бы дело получило бы широкую огласку. А сумма, между прочим, немаленькая.
— Но для тебя — это гроши, — огрызнулся Аскель. — Ты бы мог одним махом закрыть мой долг.
На кону было поместье.
— Наше поместье, — уточнил Розельрад.
— Так тем более нужно было помочь! — заметил Аскель с обидой.
— Кто знает, быть может, завтра я проснусь, когда меня вместе с кроватью выносят из поместья, заявляя, что оно теперь принадлежит другой семье. А теперь тебе будет урок на будущее. Хотя, если ты проиграешь в карты свою жену, я, так и быть, закрою глаза. И выкупать ее я не стану, — заметил Розельрад все тем же циничным голосом.
