К трели звонка добавляется громкий стук и крики. Я боюсь, что это может испугать Тимура, поэтому спешу отправить Максима туда, откуда он появился.
— Я не хочу тебя видеть, уходи, — мой голос звучит твёрдо и безразлично. Я даже немного горжусь собой.
— Ира, открой, нам нужно поговорить, — кричит в ответ.
— Мы вчера с тобой прекрасно поговорили. Обо всем. Больше нам разговаривать не о чем. Убирайся.
— Ирочка, я слегка перебрал с выпивкой, не контролировал себя…
— Я очень рада, что ты не контролировал себя и я смогла узнать много нового о себе.
— Ир, — обреченно, на выдохе. Чернов затихает по ту сторону двери, во мне же кипит негодование. После всего ещё и явился ко мне. С самого утра. Странно, что вообще очухался после того состояния, в котором был всего несколько часов назад. — Слушай, нам действительно нужно поговорить, на этот раз серьезно. У нас есть сын, и этого не изменить.
— Я очень признательна тебе, что ты хотя бы иногда вспоминаешь о сыне. Уходи, Максим, не хочу тебя видеть.
— Упираюсь лбом в холодную стальную дверь и чувствую, как становится тяжело дышать. Как же мне надоело это все!
Внезапно я слышу, как проворачивается в замке ключ, и отскакиваю от двери. Какого черта? На пороге появляется помятый Максим с красными глазами и виноватым видом. Взгляд падает на ключи в его руках: совсем забыла, что дала ему вчера запасные."
"— Чего тебе? — вздыхаю обреченно, сдерживая свой гнев изнутри. Но Максим умел быть упёртым, от него просто так не отделаешься, если он что-то задумал.
Мужчина закрывает за собой дверь. Делает шаг в мою сторону, но я останавливаю его, выставив перед собой ладонь.
— У тебя есть ровно три минуты, — предупреждаю его, стараясь выглядеть уверенно.
— Слушай, Ир, прости за то, что наговорил тебе, просто я… я как бы немного в шоке от происходящего.
— От чего именно? — строго спрашиваю я.
— От того, что у меня есть ребёнок.
— Так случается, если не предохраняться. Учти это на будущее.
— Брось, не делай из себя стерву, тебе не идёт.
— А ты не делай из себя мученика и говори по делу. Две минуты осталось.
— Слушай, давай по-честному, потому что я не хочу, чтобы мы были врагами, и не хочу, чтобы ты считала, что я какой-то урод.
Я лишь хмыкаю на его слова.
— Ты красивая и хорошая девушка, но я не готов ни к женитьбе, ни к детям. Мне всего тридцать! Я минимум пять лет ещё не собирался обзаводиться семьей, и тут ты преподносишь мне в рейсе такой сюрприз.
