Вам придется примириться с этими видениями, приспособиться к ним.
Из пропахшей человеческими страданиями палаты клиники на восемнадцатом километре Лапин вернулся в квартиру Антонины Крыловой. Пауза чрезмерно затянулась.
– Может быть, и приснилось, – наконец сказал он и по примеру пасынка опрокинул бокал благородного вина, словно низкосортный портвейн.
– У папы сегодня радость, он на работу устроился, – сглаживая очередной вывих Чокнутого, влезла Тонька. – Теперь будет в банке заседать...
Важный будет, денежный..
. Да, папочка?
Все было насквозь фальшиво. И приторный тон, и слово «папочка», и мелкозубая улыбка пацана, который почему-то идиотски подмигивал.
– У Рубена в банке? Да, батяня?
– Что?
– Говорю, к Рубену в банк устроился? – Глаз Димки дергался, будто между ними были общие тайные делишки.
– Почему к Рубену? – недоумевающе переспросил Лапин. – Там совсем другие люди. Я пока знаю только Пал Палыча...
– Ну батя дает, – совсем развеселился пацан. И вдруг посерьезнел. – Есть проблема, батяня.
Твоя помощь нужна.
– Помощь? – не понял Сергей. Уже давно Димка не обращался к нему даже за деньгами, потому что их не было."
"– Центровые наехали по-крутому, – кривя губы, сообщил пасынок. – У них там есть такой Артур, он под Лакировщиком ходит... Или платите, говорит, или мотайте отсюда! А куда мотать? Если мы со своей территории уйдем, то кто нас на чужой примет? И платить с каких дел? Мы работаем, а они деньги получают? Так разве правильно?
– Нет, конечно! – возмутился Лапин.
– Ну вот, – Димка удовлетворенно кивнул.
– Потому и помоги.
– А как же я помогу?
Пацан досадливо поморщился.
– Ну как! Как обычно. Забей стрелку и сделай развод. У тебя ж теперь такая «крыша»!
Лапин с минуту помолчал, переваривая услышанное.
– Какая крыша?
– Да брось! Что ты меня за дурака держишь? – Димка косо глянул на Антонину. – Маманя, посиди в комнате, посмотри телевизор!
Та беспрекословно выполнила распоряжение.
– Ты мне утром что сказал? – требовательно спросил пацан. – Что тебя Рубен с Суреном на дело зовут и башли обещают.
Так?
Лапин кивнул.
– А вечером пришел с башлями. Так?
– Ну...
Димка навалился птичей грудью на стол и перешел на сиплый шепот:
– Днем в «Якоре» речпортовских постреляли! Шестерых – всмятку! И Баржу, и Круглого – всех! Кто это сделал?
Лапин издал неопределенный звук.
Глаза у пацана округлились.
– Баржа в последнее время на Рубена наезжал, шашлычную на набережной отобрал, а на той неделе они вчетвером Сурена отмудохали...
