Девятнадцать тридцать, комплекс зданий УВД опустел, на доклад к генералу надо пройти сквозь безлюдные этажи ЭКУ, выйти на улицу, пересечь сто пятьдесят – двести метров пустынного темноватого двора, зайти на «черную», вечно не освещенную лестницу, подняться на второй этаж... Обычный, привычный путь, но сейчас на каждом метре могла подстерегать опасность.
– Что с вами, товарищ подполковник? – будто сквозь вату донесся голос Пилютенко.
Начальник ЭКУ встряхнул головой.
– Ничего. Пойду доложу генералу.
..
– Мне пойти с вами?
– Пойдем...
За окном густели сумерки. Они оба свидетели. Вдвоем лучше не идти.
– Впрочем, дождись меня здесь...
Начальник ЭКУ залез в сейф, покопался в груде отстрелянного оружия, выбрал крохотный дамский «браунинг», снарядил обойму четырьмя – больше не было, патронами. Взял мощный аккумуляторный фонарь, накинул шинель, сунул пистолетик в карман и вышел в гулкий пустой коридор. Он понимал, что его страх может выглядеть чистой паранойей и стать поводом для многочисленных насмешек, но сейчас ему было не до смеха.
Перед тем как выйти на лестничную площадку, он светил фонарем, целясь из «браунинга» параллельно лучу, с такими же предосторожностями пробегал пролеты, словно по вражеской территории, пробирался по захламленному двору.
Только выйдя в освещенный коридор второго этажа основного здания, он перевел дух. В приемной никого не было, рабочее время секретаря истекло.
Оставив шинель и фонарь, Витошин зашел в кабинет к генералу.
Высокий, ширококостный, с овальным, чуть вогнутым лицом, Крамской выглядел озабоченным и раздраженным. Он внимательно выслушал доклад, задал несколько вопросов и кивком отпустил подполковника. Потом еще раз просмотрел предварительный акт вскрытия киллера из «Маленького Парижа».
Смерть наступила в результате слепого огнестрельного ранения головы с повреждением мозга, входное отверстие располагалось в переносице. На лбу под кромкой волос, на носу, вдоль подбородка и на скулах имелись тонкие малозаметные шрамы, характерные для косметических операций.
Его сознательно сделали похожим на Лапина-Карданова. Можно было бы гадать, кому и зачем это понадобилось, если бы не доклад Витошина.
Генералы более осведомлены, чем подполковники. Крамской знал, что всеобъемлющие учеты МВД используют в своих целях и спецслужбы: когда-то единый всемогущий КГБ, сейчас его части – Служба внешней разведки и Федеральная служба безопасности.
