— Хорошо, — она тоже вздохнула, — давай вернем куклу в магазин. Я уже всё равно в неё поиграла. Только, пожалуйста, Лора, давай оставим Сэмми солдатиков! Он же еще совсем маленький. Он сильно расстроится, если мы отдадим их обратно.
Теперь я плакала уже и сама.
Впрочем, жертва от Стефани в итоге не понадобилась. Когда я пришла с куклой в магазин, хозяин наотрез оказался взять ее обратно.
— Простите, сударыня, но это слишком дорогая и изящная вещь, и сильно рисковал бы, принимая ее назад. Вдруг ваша дочка роняла ее, и новый покупатель увидит трещинки на фарфоре, которые не заметил я.
К тому же, если бы все покупатели возвращали игрушки, в которые уже поиграли их детки, я бы давно разорился.
Он был в своем праве, и я вынуждена была смириться с таким ответом. Но и оставить Табиту без теплой обуви я не могла. Когда она была женой шевалье, она не сильно нуждалась в крепких сапогах, потому что мало ходила по улице пешком. Но деревня — дело другое. И я потратила одну из серебряных монет. И еще несколько медных монет я потратила на всякие мелочи для кухни.
Мне было жаль, что я не могу позволить себе купить ничего из посуды, но мадам Булон, с которой мы в это утро вместе бродили по рынку, успокоила меня. Глиняную посуду мы могли купить и в Шатель — там был свой гончар. А мастер Меридо, оказывается, делал деревянные ведра и плошки, а еще плёл берестяную посуду и корзины из лозы. Так что покупать всё это в городе не было никакой необходимости.
Зато как обрадовалась Стефани, когда я вернула ей куклу! Теперь у нее была и любимая игрушка, и право гордиться собой.
Почти всю обратную дорогу я проспала в телеге месье Меридо. Поездка в Альенде сильно вымотала меня. Проснулась я только тогда, когда мимо нас на большой скорости пронеслись всадники, а вслед за ними и карета, запряженная четверкой лошадей.
— Его светлость возвращается домой, — сообщил мне мастер, когда я открыла глаза.
Я почувствовала тревогу. Знакомство и с самим герцогом Клермоном, и с одним из его сопровождающих было трудно назвать приятным.
Но я успокоила себя тем, что такие высокие особы вряд ли наведаются к нам в деревню. А уж сама я постараюсь обходить имение его светлости стороной.
А чем ближе мы подъезжали к Шатель, тем больше я думала совсем о другом. Мне нужно было как-то объяснить Табите отсутствие Гертруды. Письмо сестры я так и не сожгла, решив, что спрячу его в сундуке.
Племянники ни о чём меня не спрашивали. Им всё объяснила сама Труди.
