Одна мысль, что она беременна моим ребенком окрылила, а вот понимание, что она может от него избавиться — выпустило всех демонов.
Чтобы не нагнуть и не взять на заднем сидение автомобиля — отсадил ее от себя. Дал время себе остыть. Специально держался подальше.
Но девочка опять сыграла на своей слабости, на искренности, испугалась самолета. И самое интересное, что защиту искала у меня на коленях.
Сжималась вся и ластилась.
Совсем девчонка. Чистая. Нежная. Открытая. Непривычная.
Полина оказалась другой.
Пришел к ней в комнату.
Не мог больше держаться и когда увидел ее в халате, такую влажную после душа — сорвался, накинулся, обрушился на такой желанный чувственный рот и улетел от вкуса, от такого знакомого запаха, от ее остроты и нежности кожи под моими пальцами, а потом опять увидел ее глаза, наполненные отчаянием и слезами…
Сломать Полину мог по щелчку пальцев, но не захотел. Что-то внутри взбунтовалось. Чистая честная девочка. Гордость родителей, простых трудяг, хорошая дочь, прилежная студентка.
Как не рыскали мои люди ни одного пятна не нашли, да и чего там искать.
Вон Валид за секунду распечатал:
— Хорошая девочка… Брат…
Откидываюсь на кожаном сидении, гул в ушах от работающих лопастей успокаивает. Не было в моей жизни ухаживаний и свиданий. Трепетного касания рук и прогулок.
Все получал по щелчку, не ценил, предпочитал платить. При чем платил не только по своим счетам, но и за чужие брал на себя ответственность, как случилось и с Аминой.
Стоит вспомнить про это, как челюсти смыкаются, желваки вздуваются, тело натягивается, как перед боем.
Брак с ней был фикцией, спасением репутации Заура и его семейки, как, впрочем, и моей семьи. Прикрыли позор женитьбой. Какая разница под кого ложилась Амина, главное, что фамилия у мужиков одинаковая.
Интересы бизнеса важнее. Раньше думал, что так называемый тесть понимает, что такое честь и мужское достоинство. Последние события показывают, что руку дающего этот падальщик хочет отцапать по локоть.
Ну что же. Я тоже могу играть жестоко.
Достаю телефон из внутреннего кармана, жму на нужный контакт. Валид отвечает после первого же гудка.
— Слушаю, брат, — голос глубокий, как всегда спокойный.
— Ты помнишь о моей просьбе, Валид? — задаю вопрос, который становится спусковым крючком.
— На память не жалуюсь, — отвечает игриво, а затем отвечает в привычной форме, — жду отмашки.
Сбрасываю вызов. Мы друг друга поняли. Механизм приходит в действие, шестеренки работают и ждут финального удара.
