Очень скоро, малышка, мы останемся наедине…
Аслан опять отвлекается на звонки, а я кусаю губы, наблюдая, как меня увозят от моей обычной, привычной, размеренной жизни.
Вскоре я понимаю, что мы заезжаем на территорию аэропорта. Не тормозим у ворот, не проходим контроль, а именно кортеж автомобилей без каких-либо преград заезжает на взлетную полосу.
Чуть поодаль нас уже ожидает белоснежный самолет с опущенным трапом. Красавица стюардесса стоит наготове, чтобы принять пассажиров на борт, как только машины останавливаются, к ней выходит стюард, или же сам пилот, не знаю.
Где обещанный таможенный контроль?!
Что, черт его дери, здесь происходит?!
У меня от шока рот распахивается, и я поворачиваюсь к Аслану, чтобы наткнуться на проницательный взгляд мужчины, на дне глаз которого играют смешинки.
— Чего же ты ждала, Журавлик?
— Хотела заявить на тебя, что ты меня похитил. Это все противозаконно! В конце концов, был вариант поднять крик в аэропорту и привлечь внимание полиции, но теперь думаю, что не помогло бы.
Для таких, как ты, все те, кто рядом, слепы и глухи. Тебе, Аслан, закон не писан. Ты его выворачиваешь в свою пользу. Это несправедливо!
Молчит. Рассматривает меня. Опять приближается. Лицо к лицу. У него зрачки расширяются, словно пульсируют. Манит меня. Между нами искрит, я это на коже ощущаю легким покалыванием.
Наклоняется еще сильнее, чуть меняет траекторию, обдает жаром ушную раковину, когда шепчет, словно обещает:
— Наивный маленький Журавлик, я хочу тебя. Ты моя.
Прими и пойми это.
Отстраняется. Ловит мой взгляд. Секунды становятся вязкими. Открывает дверь. Выходит из машины. Протягивает руку в мою сторону, жест элегантного светского мужчины.
Только там под этим лоском варвар прячется. Мягкости в нем нет. Только сталь. Скала. Гранит. Не пробить.
— Выходи, — приказывает.
Отрицательно качаю головой и вжимаюсь в дверь позади себя.
Да, глупо. Да, по-детски, но я не собираюсь ему уступать.
— Не провоцируй меня, Аийша.
Говорит уже совершенно иным тоном.
У меня от него такого мурашки идут. В гляделки играем, а я втихаря дергаю ручку позади себя в попытке открыть дверь и бежать в противоположную от мужчины сторону.
Это все же аэропорт, здесь на каждом шагу охрана и полиция. Не оставляю надежду, что меня заметят, вмешаются, но по глазам Шахова понимаю, что от него мне не спастись.
Он уже вцепился в меня своей стальной хваткой.
Понимает, что я отказываюсь выходить. Отворачивается от меня.
— Хасан.
