Предвкушение.
Губы раздвигаются в хищном оскале.
Нашлась моя пропажа.
Глава 22
Водитель останавливает машину у клуба «Азимут». Один из многих, которые принадлежат Байсарову, но можно сказать, что больше всего Валид бывает именно тут. Не то, чтобы вотчина, но отдыхает здесь он знатно.
Сейчас в дневные часы на местах в основном персонал. Парнишка в белой сорочке, увидев меня, подпрыгивает и расторопно ведет в сторону кабинета своего босса.
Распахиваю дверь и вхожу без стука, чтобы лицезреть Байсарова, полностью погруженного в работу.
— Шах.
Поднимает голову и кивает.
— Валид.
Обмениваемся рукопожатиями, и я занимаю кресло напротив. Игра в гляделки не длится долго. Мое терпение на исходе.
— По телефону ты мне кое-что сказал. Хочу понять, про какую именно пропажу ты мне вкатывал.
Байсаров ухмыляется, слегка прищуривается.
— Когда приходил к тебе, Шах. Кое-что засек. Имя проскользнуло. Женское. Созвучное с одной птичкой.
Играет бровями, гад, забавляется.
— Байсаров, я к тебе пришел. Нервы мне не делай.
Я на взводе.
— Даже так… Знал бы тебя чуть меньше, не понял бы, что ты сейчас в бешенстве. Девчонка тебя кинула, значит, — присвистывает, — вот что с нашим братом лишние чувства делают.
— Валид!
Рявкаю и друг теряет всю свою ироничность. Подбирается. Темные глаза вспыхивают.
— Если бы ты не шифровался и сказал бы мне, кого ищешь, прямо, думаю, нашел бы свою пропажу раньше.
— Знаешь, где она?! — рявкаю, поднимаюсь с места и опираюсь о стол Байсарова, пригибаюсь, мы глазами сцепляемся, словно в схватке.
— Девочку. Мою. Тронул?!
Не было еще такого, чтобы ревность крышу рвала с полуоборота. Ни разу в жизни. Чтобы из-за юбки быть готовым войну развязать.
Байсаров выдерживает мой взгляд, облокачивается о кресло, отвечает ровно."
"— Успокойся, Аслан. Сядь. Не трогал.
Поднимается и сам отходит к бару, возвращается с бокалами и вкладывает в мои пальцы один.
— Нашлась твоя пропажа. Брат. Полина Журавлева, так?
Киваю и чокаемся, Байсаров опустошает содержимое своего бокала залпом, да и я в долгу не остаюсь, прикладываюсь.
— Симпатичная крошка. Черноволосая. Светлоглазая. Нежная. Точно она? — задает вопрос, выжидает.
— Она, — подтверждаю. Ее описал. А вот про нежность — это лишнее.
— Валид, — цежу предостерегающе и мужик обнажает оскал. Потешается, только чую, что Байсаров не исключал возможности для себя.
— Жаль, что твоя.
— Моя. Байсаров.
— Понял уже. Но я как бы и не знал, что девка под тобой.
— Теперь знаешь.
