Чувства Линды меняли ее лицо, и внезапно Дженюари увидела перед собой старшеклассницу из школы мисс Хэддон. Неистовую Линду. Линду из спектакля «Энни, возьми свой револьвер».
Они обе помолчали. Затем Дженюари сказала: Линда, если ты так сильно любишь Кита, почему вы не женитесь?
— Я тебе объяснила — мы не верим в брак. Эти слова произнесла Линда Риггз — главный редактор «Блеска».
— Он — мой товарищ, мы живем вместе, все чудесно, и…
Дверь распахнулась, и в кабинет вошел Кит Уинтерс. Дженюари тотчас узнала фотографа с длинными жесткими волосами, караулившего их в вестибюле «Пьера».
Сейчас он был в футболке, армейской куртке, брюках из дангери, кроссовках, голландской шапочке.
— Извини, Кит, — сказала Линда. — К сожалению, задание отменяется. Леди возражает.
Он пожал плечами и передвинул назад камеру, которая болталась у него на плече. Другой аппарат висел на шее Кита. Дженюари испытала легкое чувство вины.
Кит взял из вазы пачку сигарет и повернулся к Линде:
— Слушай, не жди меня к обеду.
— Но сегодня к нам приходит убираться Эви. Я попросила ее приготовить бифштекс — такой, какой ты любишь.
Он покачал головой:
— Я в половине шестого встречаюсь с Милошем Докловым.
— Кто это? — спросила Линда.
— Один из лучших режиссеров-авангардистов. Его дважды выдвигали на «Оби». Он посмотрел на Дженюари.
— Это авангардистский аналог «Тони». Дженюари улыбнулась:
— О, я не знала.
— Пустяки. Линда — тоже.
— Кит, я ничего не имею против авангардистского театра.
— Еще бы.
Ты никогда там не была.
— Я пойду на премьеру этой постановки.
— Для тебя она чересчур авангардистская. Но пьеса достаточно хорошая для того, чтобы Милош за нее взялся, а я — сыграл в ней.
— Замечательно, — с напускным энтузиазмом в голосе произнесла Линда. — Расскажи мне о ней. Какая у тебя роль? Когда состоится премьера?
— Спектакль уже идет и имеет успех — по меркам авангардистского театра. Исполнитель главной роли приглашен в другое место. Я могу заменить его.
— Что ж… великолепно.
Я положу бифштекс в холодильник и буду ждать тебя. У меня есть паштет из гусиной печенки и вино, мы отметим это событие.
— Я не люблю паштет из гусиной печенки. Кит взглянул на Дженюари:
— Жаль, что ты нас подводишь. Я теряю заказ, а моей подружке нужен материал. Она не спит ночами, ломая голову над тем, как поднять тираж.
Линда почувствовала, что они на грани размолвки. Улыбка Линды была натянутой; она дрожащей рукой поднесла огонь к кончику сигареты.
