Майк принял меры к тому, чтобы его сделки по приобретению прав на картины были подробно освещены в «Эстраде». Он отправил журнальные вырезки Дженюари без комментариев.
Они собирались вылететь в Нью-Йорк в пятницу. В среду Майк совершил короткое путешествие в Швейцарию и положил полмиллиона наличными на анонимный кодовый банковский счет. Отбил телеграмму в «Плазу» с просьбой забронировать для него старый «люкс» с субботы, двадцать восьмого мая. Он дождется их возвращения в «Пьер»… там сообщит новость Ди и отправится в «Плазу».
Днем в четверг Ди бегала по Рю Антиб, покупая духи и подарки для друзей. Майк встретил продюсера, которого всегда недолюбливал. Знакомый пригласил Уэйна в свой «люкс» сыграть в джин. Майк заколебался. Продюсер славился своим везеньем. Майк кивнул. Почему бы и нет? Он окончательно испытает судьбу.
Он покинул «люкс», став богаче на тридцать тысяч долларов, и тут же купил в магазине «Картье» изящный портсигар из платины. Ему удалось сделать срочную гравировку. На следующий день по дороге в аэропорт он бросил вещицу на колени Ди.
На портсигаре было выведено: «Дорогой Ди, вернувшей мне удачу, с благодарностью от Майка». Она поцеловала его в щеку. Может быть, ему следует сейчас сказать ей о разводе и покончить с этим делом… Но он решил подождать. Шестичасовой перелет обернется пыткой — им не останется ничего другого, как обсуждать неудачный брак. К тому же тут нет ее вины. Она купила себе законного спутника. Эскорт. А теперь пришло время подыскать ему замену. Этот мужчина возвращался к нормальной человеческой жизни.
Они покинули Канн и в Ницце сели в свой самолет. Майк занял кресло, отделенное от Ди проходом. Он принес на борт шампанское и икру, оплаченные им самим. Сначала он колебался — этот ритуал был привилегией Дженюари. Но сейчас он действовал ради дочери. Он возвращается к ней и свободе.
Поднявшись в воздух, они открыли шампанское и икру. Их обслуживал новый стюард — молодой француз, исполнявший обязанности их водителя в Канне. Он мечтал увидеть Америку.
Майк предложил ему лететь с ними, а Ди сказала, что в Зимнем дворце найдется комната для садовника или шофера. Его звали Жан-Поль Валлон, и все свои девятнадцать лет он провел в Канне. Никогда не был даже в Париже. Его провожали мать, тетя, три кузена, сестра и шурин. Никто из них не летал на самолете — роскошный салон личного лайнера Ди ошеломил родственников Жан-Поля.
Подняв бокал, Ди улыбнулась Майку.
— За Канн… и твоих друзей. Он поднял бокал.
