Чем бы аристократы ни тешились, лишь бы платили.
Неплохо я тогда поживилась.
Наконец толпа рассосалась, и мы с Эридой чинно прошествовали внутрь.
Взъерошенные первокурсницы выстроились неровной очередью к конторке заведующей. Пожилая дама с пышным узлом из седых волос и роскошным кружевным воротничком, что наверняка аж хрустел от крахмала, записывала данные каждой в огромную амбарную книгу и выдавала ключи с таким видом, будто отрывала их от сердца с кровью.
— Я бы хотела отдельную комнату! — заявила одна из девушек.
— Есть по трое и по четверо, — скучающим тоном отозвалась заведующая. — Было по двое, но их быстро разобрали после выпускного. Можете попытаться занять следующую освободившуюся в конце учебного года. Если успеете.
— Гонки на выживание, — хмыкнула я.
А здесь весело! Жаль, что не задержусь на целый год. Развлеклась бы в борьбе за двухместный номер.
— Если можно, мы хотели бы поселиться вместе! — неожиданно оживилась Эрида.
Я недоуменно на нее покосилась — не припомню, чтобы выражала подобное желание — но промолчала.
С кем жить пару недель, пока не разберусь в защите острова, мне совершенно без разницы. После вонючих грязных подворотен и колючих стогов сена уже ничего не страшно.
Девица у конторки смерила нас обеих презрительным взглядом и отвернулась.
— Поселите меня пожалуйста к кому-нибудь приличному! — громким шепотом попросила она.
Эрида прикусила губу и покраснела.
— Ты ее знаешь? — спросила я, не понижая голоса.
— Да, это моя двоюродная сестра Эмергарда Заубергер, — отозвалась девушка.
— Ну, тогда понятно, — хмыкнула я.
Блондиночка у стойки — некоторое семейное сходство действительно наличествовало — гордо вздернула хорошенький носик.
— Что же вам понятно? — фыркнула она.
— С таким именем приходится быть стервой. Иначе задразнят насмерть, — с показным сочувствием пояснила я.
Послышались сдержанные смешки.
Девица запыхтела и запунцовела.
— Ваш ключ! Комната триста семь, — прервала неловкую сцену заведующая. — Следующий!
Нам с Эридой повезло.
А скорее всего, я просто приглянулась даме за конторкой, потому что номер нам дали трехместный, при этом третья кровать пустовала.
Второй этаж — можно выпрыгнуть в случае чего, не боясь переломать ноги.
Плющ, увивавший стену, выглядел прочным и надежным, разлапистые темно-фиолетовые листья замерли за окном, как приклеенные.
Только сейчас до меня дошло, что казалось неправильным все это время."
"На острове почти не было ветра.
